Ну, здравствуй, Герой!

Считалось, что, если девятнадцатую сбалансированная, сработанная Партия из шести «Игроков» во главе с Героем ещё пройти, в теории, при очень большом везении, может. То двадцать девятую — уже бесполезно даже пытаться без Рейда штурмовать.

Нынешнюю, двести девяносто девятую (не уверен конкретно в номере, но будем опираться на прежнее предположение о уровне в двести девяносто плюс) «Уважуху» не открывают просто потому, что достаточно сильный Рейд для её штурма не в состоянии собрать даже целая Империя.

И, кстати… надо будет спросить, когда… нет, не «если», к мясу неуверенность! Когда вернусь, сколько же на самом-то деле «Уважух» собрала Шифеева? Что-то, чем ближе я подхожу к точке открытия, чем больше раз перечитываю письмо, тем сильнее крепнут у меня предположения, что не двадцать семь теоретически возможных баронств дала миру Герой Альбина Пламенная… Даже жаль, что этот вопрос возник у меня так поздно…

Ладно, теперь уже точно хватит тянуть.

Надо сжимать свою задницу в кулак и делать шаг вперёд.

…глубокий тяжёлый вдох-вздох/выдох, и шаг вперд.

То самое чувство резкого полного опустошения.

Изменение мира. Мимолётное, едва уловимое мгновение дезориентации. И вот он: знакомый овраг. Знакомая дорога.

А впереди блокпост! Мать его за ногу! Реальный блокпост! С каменным блоком через дорогу, полосатым шлагбаумом, «грибком» и бойницами по кроям, сложенными из мешков с песком…

И светящиеся гнилушечным светом глазницы скелетов-магов в этих бойницах… уже вскидывающих перед собой костлявые руки, между которыми начинают формироваться файерболы…!

И я — стою на прямой, как стрела, дороге, по которой выбежать из Локации нет вообще никаких шансов под плотным, скученным и прицельным огнём из бойниц, у которых очень чётко и правильно выведены сектора обстрела… Блядь!!!

Больше не думая, я прыгнул, оттолкнувшись от брусчатки со всей возможной для моих ног, с их игровыми статами, силой в сторону.

Не повернулся назад, не побежал, а прыгнул поперёк дороги. Рыбкой прыгнул, не заботясь о целостности локтей и коленей. Не заботясь о синяках и ссадинах. Прыгнул и кувыркнулся. После чего невероятно быстро вскочил и снова прыгнул. Ещё раз и ещё.

А надо мной уже с мерзостным шипением, оставляя дымные шлейфы, неслись огненные шары.

Очень быстрые. И очень точные. Один даже подпалил мне… пусть будет спину. Плевать!

Самое главное, я таки досайгачил до ближайшего куста, который тут же начал пылать от новых, продолжающих лететь файерболов. Но там, за кустом была ложбинка. По ложбинке я уже «ужиком», не поднимая задницы, по-пластунски… А дальше — о чудо! Моя «въетнамская» нора, оставленная здесь, замаскированная ещё в прошлый раз. В неё я и нырнул сразу же, без раздумий и колебаний.