Обнаженная для тебя (HL)

— Если и чудо, то чудо современной терапии, — усмехнулась я, взъерошивая его пышную шевелюру. — Но даже при этом я частенько оказываюсь на грани срыва. Не думаю, что мне когда-нибудь удастся справиться с этим полностью.

— Господи, страшно вспомнить, как я поначалу на тебя наехал… Я ведь мог все испортить. А благотворительный обед… — Он пожал плечами и уткнулся лицом мне в шею. — Ева, не дай мне все испортить. Не дай мне спугнуть тебя.

Подняв голову, я присмотрелась к его лицу. Оно было так красиво, что порой у меня просто захватывало дух.

— Слушай, ты не должен теперь переосмысливать все свои слова и поступки из-за того, что когда-то сделал Натан.

Это разъединит нас. Положит конец нашим отношениям.

— Не говори так. И даже не думай об этом.

Я разгладила большим пальцем его насупившуюся бровь:

— Я не хотела рассказывать тебе. Не хотела, чтобы ты об этом знал.

Он поймал мою руку и прижал кончики пальцев к своим губам:

— Я должен знать тебя всю, все потаенные уголки твоей души.

— Женщина должна иметь свои тайны, — поддразнила его я.

— А у тебя их не будет. — Схватив одной рукой за бедра, а другой — за волосы, он притянул меня еще ближе, тем самым напомнив, что его член до сих пор во мне.

 — Я намерен полностью обладать тобой, Ева. Что справедливо, если учесть, что ты точно так же обладаешь мной.

— Гидеон, а как насчет твоих тайн?

Его лицо окаменело, превратившись в маску, которая уже стала его второй натурой.

— Встретив тебя, я начал с чистого листа. Все, что я считал необходимым… — Он покачал головой. — Ты помогаешь мне понять, кто я такой. Ты единственная, кто по-настоящему меня знает.

Но это было не так. На самом деле я не знала его. Познавала, осмысливала, изучала, но во многом он по-прежнему оставался для меня тайной.

— Ева… Ты только скажи мне, чего хочешь… — Он тяжело сглотнул. — Только дай мне шанс, а я постараюсь сделать все как лучше. Только не… покидай меня.

Господи, ну что он со мной творит? Несколько слов, отчаянный взгляд — и он вывернул меня наизнанку.

Я дотронулась до его лица, волос, плеч. В Гидеоне, как и во мне, существовал какой-то внутренний надлом, но чем он был вызван, мне пока было непонятно.

— Гидеон, мне действительно кое-что от тебя нужно.

— Все, что угодно.

Только скажи.

— Мне нужно, чтобы ты каждый день рассказывал мне о себе что-то такое, чего я не знаю. Любую мелочь, не важно. Но то, что позволит лучше тебя понять. Мне необходимо, чтобы ты пообещал мне это.

— По своему усмотрению? — осторожно спросил Гидеон.

Я кивнула, хотя сама была не вполне уверена в том, чего, собственно говоря, добиваюсь.

— Договорились, — тяжело вздохнул он.

Я нежно поцеловала его в знак благодарности.

Потершись своим носом о мой, он предложил:

— Давай сходим куда-нибудь пообедать.