Обнаженная для тебя (HL)

— А в Университет Сан-Диего ты поступила, потому что твой отец живет в Южной Калифорнии?

Мой рот непроизвольно скривился: вот и опять выяснилось, что он знает обо мне нечто, о чем я не рассказывала.

— И много ты всего обо мне накопал?

— А захочу я знать, во сколько это обошлось?

Он поднес мою руку к губам и поцеловал тыльную сторону ладони.

Я сердито тряхнула головой:

— Да, именно поэтому я и поступила в Сан-Диего. Пока росла, мне не удавалось проводить с отцом достаточно времени. Ну и потом, не терпелось вырваться из-под маминой опеки. Она меня достала.

— Но о том, что с тобой случилось, отцу ты, конечно, не рассказывала?

— Нет. — Я покрутила ножку бокала. — Он знает лишь то, что я была злостным нарушителем порядка, причем с обостренным чувством собственного достоинства. Одним словом, неуправляемым подростком. Но о Натане отец не знает ничего.

— Потому что он все равно не смог бы изменить то, что случилось. Натан понес наказание. Его отец заплатил немалые деньги в возмещение ущерба. Правосудие свершилось.

— Не согласен, — холодно заявил Гидеон.

— А чего еще ты ждал?

Он сделал большой глоток и только потом ответил:

— За столом этого лучше не описывать.

Поскольку его тон, а также ледяной взгляд не оставляли места для сомнений, я предпочла промолчать и сосредоточиться на принесенной еде. Меню в ресторане не было, только «омакасе» — предложение шеф-повара, и каждое блюдо отличалось своеобразием и удивительным вкусом. Здесь обслуживали так, словно мы были хозяевами этого заведения.

— Обожаю смотреть, как ты ешь, — произнес Гидеон после небольшой паузы.

— Что ты имеешь в виду? — бросила я на него подозрительный взгляд.

— Ты ешь очень аппетитно. И даже постанываешь от удовольствия, от чего я просто торчу.

— По твоему же признанию, у тебя всегда торчит, — толкнула его плечом я.

— Сама виновата, — ухмыльнулся он.

Гидеон ел лениво, а на счет с астрономической суммой даже и не взглянул.

Прежде чем мы вышли наружу, он набросил мне на плечи свой пиджак и сказал:

— Давай пойдем завтра в твой тренажерный зал.

— Но твой же круче, — удивилась я.

— Конечно. Но я готов пойти туда, куда захочешь ты.

— Особенно туда, где нет услужливого тренера по имени Дэниел? — с улыбкой уточнила я.

— Следи за собой, ангел мой. Я никому не позволю смеяться над своим инстинктом собственника, — скривился он.

Про себя я отметила, что на сей раз он уже не грозился отшлепать меня. Быть может, понял, что управляемая боль в сочетании с сексом для меня главный спусковой механизм? Это, в свою очередь, вернуло меня к мыслям, возвращаться к которым мне вовсе не хотелось.

Когда мы уже ехали к Гидеону домой в его машине, я сидела, тесно прижавшись к нему, положив голову ему на плечо и закинув ноги ему на колени.