Обнаженная для тебя (HL)

 — Давай все забудем и займемся делом.

Мы так и поступили, хотя мне и не удалось отогнать от себя мысли о том, что меня ждет. И действительно, чем меньше времени оставалось до конца рабочего дня, тем больше росла моя тревога, что я не соответствую требованиям Гидеона. Чувство собственной неполноценности расползалось, как грязное пятно, марая радостное предвкушение.

Гидеон, как и грозился, был точен и, похоже, пока мы спускались в переполненном лифте, не замечал моего интроспективного настроя. Женщины украдкой посматривали в его сторону, но против этого у меня возражений не было.

Вот если бы они не таращились на такого крутого парня, было бы чему удивиться.

Когда мы миновали турникет, он взял меня за руку, и наши пальцы сплелись. Такой простой, но интимный жест удивительно растрогал меня. Но я знала, что должна держать себя в руках, поскольку, как только проникнусь благодарностью к нему за то, что он проводит со мной время, это станет началом конца. И если это случится, мы оба потеряем ко мне всякое уважение.

«Бентли» уже стоял у тротуара, и водитель Гидеона дожидался в готовности у задней двери. Гидеон взглянул на меня.

— Я тут прихватил кое-какую спортивную одежду, на тот случай, если ты захочешь наведаться в свой спортзал. Вроде он называется «Равноденствие». А если нет, так можно податься и в мой.

— А «твой», это где?

— Я предпочитаю посещать «Кросс тренинг» на Тридцать пятой улице.

Любопытство насчет того, как он узнал, где я тренируюсь, начисто выветрилось, стоило мне услышать слово «Кросс» в названии спортзала.

— Не хочешь же ты сказать, что владеешь еще и тренажерным залом?

— Не залом, а сетью. — На его лице появилась широкая ухмылка.

 — Вообще-то, обычно я занимаюсь смешанными боевыми искусствами с персональным тренером, но иногда и туда наведываюсь.

— Сеть, — повторила за ним я. — Ну конечно…

— Выбор за тобой, — тактично произнес он. — Я отправлюсь, куда твоя душа пожелает.

— Хорошо, едем в твой зал.

Гидеон открыл заднюю дверь, и я залезла в машину. Пристроив сумочку и спортивную сумку на коленях, я выглянула в окно как раз в тот момент, когда машина отъезжала от поребрика. Двигавшийся рядом с нами седан находился так близко, что его можно было потрогать рукой.

Я еще не привыкла к плотному потоку транспорта на Манхэттене в часы пик. Нет, у нас в Калифорнии машины тоже ездили чуть ли не впритык друг к другу, но при этом еле тащились, но в Нью-Йорке сумасшедшая скорость в бесконечном потоке машин пугала меня настолько, что я каждый раз боялась, что поездка может оказаться последней.

То был целый новый мир. Новый город, новая квартира, новая работа, новый мужчина. Столько всего нового сразу. Думаю, нетрудно понять, что это вызывало некоторое головокружение.