Обнаженная для тебя (HL)

Сердце мое разрывалось, но голос звучал твердо:

— Гидеон, тебе снится сон. Вернись ко мне.

Он что-то сонно промычал и испортил воздух.

— Я здесь. — Поерзав, я отодвинулась, чтобы не заслонять лунный свет, но не увидела блеска его глаз, который говорил бы, что Гидеон очнулся. — Ты проснулся?

Дыхание его начало замедляться, но ответа не последовало. Руки судорожно вцеплялись в простыню. Стянув через голову футболку и бросив ее на кровать, я скользнула ближе и осторожно коснулась его руки. Гидеон не шелохнулся, тогда я стала нежно поглаживать кончиками пальцев его твердые бицепсы.

Он резко дернулся — и проснулся.

— Что? Что случилось?

Я присела на пятки, положив руки на бедра. А когда убедилась, что он смотрит на меня, запустила пальцы в его волосы, физически, по напряжению тела, ощущая, как продолжает цепляться за него ночной кошмар.

— А? Что? — грубо спросил он, приподнявшись на локте. — С тобой все в порядке?

Я растянулась рядом с ним, прижалась к нему всем телом и, уткнувшись в его влажную шею, стала нежно посасывать солоноватую кожу. По опыту собственных кошмаров мне было известно, что спокойные слова и ласковые прикосновения заставляют призраков отступить в их мрачный чулан, хотя бы на время.

Его руки обхватили меня, ладони заскользили вверх-вниз по изгибам моей спины, и долгий, глубокий вздох сказал мне, что страшный сон его отпустил. Опрокинув Гидеона на спину, я навалилась сверху и жадно впилась в его рот. Его торчащий член упирался в мои половые губы, и я начала усиленно о него тереться. Гидеон запустил руки мне в волосы, взяв мой поцелуй под контроль, отчего промежность моя увлажнилась, и я стремительно созрела для секса.

Казалось, что языки пламени лижут мою кожу с внутренней стороны бедер. Я терлась набухшим клитором по всей длине его толстого пениса, используя его для мастурбации, пока он не зарычал от вожделения и не перевернул меня под себя.

— Я не держу дома презервативов, — пробормотал он, а затем обхватил губами мой сосок и стал нежно посасывать.

Его неготовность тронула меня. Да уж, здесь у него точно был не сексодром. Это был его дом, а я была единственной любовницей, которую в него пустили.

— Помнишь, когда мы говорили о средствах предохранения, ты упоминала справки о состоянии здоровья, и это вполне ответственный подход, но вот…

Он поднял голову и посмотрел на меня в слабом свете луны, а затем раздвинул коленом мои ноги и ввел в меня, примерно на дюйм, свой член.

Обжигающе жаркий и шелковистый.

— Ева… — выдохнул Гидеон, крепче прижимая меня к себе. — Я никогда… Господи, как с тобой хорошо! Я так рад, что ты здесь!

Я притянула его к себе и поцеловала.

Проснулась я в той же позе, что и уснула: Гидеон лежал на мне, а его член находился во мне.