Меч Немезиды

Но то, что показывал командир, было обыкновенной…

– Ручка! – первым сказал Слава Булкин, в прошлом – командир группы захвата Управления «Т», отчисленный за превышение должностных полномочий. – Только не вижу: перьевая или шариковая!

– Точно, ручка! – поддержал его Василий Кулаков – выходец из ударной группы внутренних войск.

– Ручка, – кивнул и Шаура.

– Это «стрелка», – довольный произведенным эффектом, сказал Карпенко. – Замаскированное спецоружие. Выбрасывает на три метра отравленную стрелку, вызывающую мгновенную смерть. Стрелка растворяется за несколько минут.

Причина смерти не устанавливается. Цена этой «ручки» немногим меньше стоимости крылатой ракеты «Томагавк». Показываю способ действия…

Занятие продолжалось.

* * *Неторопливой походкой Караваев двигался вдоль ряда игорных автоматов, отмечая, что народу сегодня меньше, чем обычно. Ненамного, но меньше. То ли по Москве расползлись слухи, то ли просто совпадение… На поясе завибрировал мобильник. Виктор отцепил аппарат и взглянул на определитель номера. Пан. Он нажал кнопку соединения и поднес крохотную серебристую трубочку к уху.

– Слушаю, Саша. Как дела?

– Все зашибись. Мы уже в поезде. Пацаны нас проводили да еще водкой и хавкой затарили. Только…

– Что «только»?

– Да тут какие-то «черные» чурбаны внагляк развыступались… Короче, не нравятся они мне… Ништяк, разберемся! А у вас чего? Какие там дела?

– Да пока все тихо. Тебя жду.

– Тогда давай!

– Пока…

Караваев отключился и спрятал мобильник. Однако за короткое время пребывания в Тиходонске Пан здорово изменил свой лексикон. Поднабрался у пацанов блатных словечек и чирикает, как Скуластый или Гвоздь.

Наблатыкался, короче! Ну-ну! Раньше таких называли «фраер набушмаченный»…

Дядя усмехнулся и продолжил обход зала. Усмешка не сходила с его лица. Он представлял, как лощеный франт Григорьев начнет трекать на блатном жаргоне. Парни отпадут, особенно Жердь и Харли!

Он не знал, что Пан и пятеро его сопровождающих закопаны на дне глинистой траншеи, куда со дня на день ляжет толстая труба теплоэлектроцентрали. Он и подумать не мог, что разговаривал с ним голосом компаньона ловкий имитатор Емельян, для которого блатной жаргон был естественным и привычным средством общения.

Поэтому Виктор Степанович Караваев шел по одному из залов казино «Алмаз» с улыбкой, которая вовсе не соответствовала реальному положению дел.

* * *– Что-то я давно никого из наших не видел. Как будто нарочно избегают друг друга. Стесняются, что ли? – усмехнулся Борисов, развалившись в глубоком кожаном кресле и окутываясь табачным дымом. – Так вроде нечего стыдиться. Тогда мы все го-о-о-раздо чище были! Или не так?

– Так, Слава, конечно так.