Меч Немезиды

– Нет! Это незаконно! Вы не можете меня заставить! Хоть Иса мой брат, я никакого отношения к нему не имею, у него своя жизнь! Я-то тут при чем?!

– А при чем пассажиры автобуса?! – рявкнул Карпенко. – При чем женщины и дети, которых твой братец обещает взорвать?! При чем милиционер, которого он чуть не застрелил?! При чем я?! Или я к твоему Исе имею отношение?! Или ребята?!

Генерал обвел рукой собравшихся вокруг мужчин с суровыми лицами. Они смотрели на учителя в упор, и ни в одном взгляде он не читал сочувствия. Ни капли. Скорей осуждение и холодное презрение. Как будто это он захватил автобус с заложниками…

– Так что, Муса, как ни крути, а ты к своему единокровному упырю ближе всех нас! – Карпенко погрозил учителю пальцем.

 – Поэтому ты к нему и пойдешь!

И Муса Асламбеков пошел к Исе Асламбекову, своему родному брату. Он передвигал одеревеневшие негнущиеся ноги, асфальт казался скользким, как лед, и расстояние до «Икаруса» не уменьшалось. Сил не было, голова разрывалась, как паровой котел с заклинившим аварийным клапаном. Но холодное презрение в глазах борцов с террористами толкало в спину, и он делал очередной шаг.

Наконец, грязный борт автобуса приблизился. За мутными окнами маячили бледные испуганные лица.

«Живой щит», – подумал учитель истории, который регулярно читал газеты. Он остановился метрах в десяти, не зная, что делать дальше. Передняя дверь с шипением открылась.

– Зачем пришел, Муса? – раздался злой окрик брата. Его самого видно не было. – Ты с ними заодно? Против меня?

– Я не против тебя. Они меня насильно привезли. Почему ты захватил невинных людей?

– Не твое дело! Ты всегда только и делал, что читал свои книжки, а жизни никогда не видел! – В голосе Исы отчетливо слышались истерические нотки.

 – Я жил не только свою жизнь, я жил и за тебя тоже! Хоть это ты старший брат!

– Разве жить – это сидеть в тюрьме и захватывать заложников? – спросил Муса первое, что пришло в голову. – Ты огорчаешь отца, мать, всех родственников. Ты приносишь горе в семьи этих людей. Отпусти их! Подумай, что скажет дядя Магомед или тетя Мисиду, когда узнают про все это…

За дверью, в глубине салона, что-то шевельнулось.

– Слушай, Муса, – уже другим голосом заговорил брат. – Сейчас мне привезут миллион долларов, дадут самолет, и я улечу, буду жить как король! Полетели со мной! Нам хватит этого миллиона, и к нам приедут родители, и дядя Магомед, и тетя Мисиду, и Али, и Хасан – все приедут! Давай улетим!

– Куда мы улетим, Иса? Куда? Нигде в мире не принимают преступников.

И никто из близких не приедет к тому, кто опозорил наш род!

В дверном проеме показалась полная женщина. Ее лицо искажал ужас. Сзади стоял Иса, осторожно выглядывая из-за женского плеча.

– Наоборот, я возвеличу наш род! – горячечно говорил он.