Пленница Лютого (СИ)

Думать буду потом, разбираться… Сейчас просто хочу продлить эту ласку.

Лютый целует низ живота, в тот участок, под которым всё пылает. Он словно опиум, заставляет забыть о боли, о том, как пульсирует бедро из-за бега. Всё отходит на задний план.

– Согни ноги в коленях.

Голос у него такой же властный, прижимает к кровати лучше любых касаний. Я послушно выполняю, не зная, чего ещё можно ожидать от мужчины. Как он поступит в этот раз.

Лютый не спешит раздевать меня окончательно, ведёт пальцами по внутренней стороне бедра. Меня щекоткой скручивает, только не смеяться хочется, а приходиться губы кусать. Острая реакция разрезает напряженные нервы.

Поцелуй отпечатывается на коже, слишком близко к моему лону. Подрагиваю от нетерпения, жду, что мужчина вот-вот прикоснётся, перейдет к главному. Но он не спешит.

– Хочу, чтобы твои трусики насквозь промокли. Ещё до того, как мы начнём.

Я стону его имя, эти слова бью по центру возбуждения. Мужчина смерти моей желает, если так неспешно касается. Это не ласка, а самая настоящая пытка. И я решаю её прекратить.

– Я уже влажная, - признаюсь, надеюсь, что это поможет. – Очень влажная. Попробуй. Пожалуйста.

– Очень, златовласка?

– Да, - я прячу лицо за ладонями, мне стыдно и хорошо одновременно. – Да, очень. Пожалуйста, прикоснись ко мне.

– Расскажи мне. Как сильно ты течешь? Как хочешь меня… Хочу услышать твои слова, твои просьбы.

Я молчу в ожидании, что Лютый не станет давить, не будет вырывать из меня эти признания. Но мужчина ждёт, намеренно дотрагивается до моего лона. Случайно, задевает кончиками пальцев, а после гладит мои бедра. Оставляет поцелуи на тазобедренных косточка, двигается вверх.

Каждое его касание это испытание. Мужчина делает всё легко, еле надавливает на мое тело. Раззадоривает, пока меня волны похоти топят под собой. Жажда просыпается, кусает грудь и шею, заставляет говорить:

– Я очень сильно теку. Мне кажется, что там потоп. Ох, - я запрокидываю голову, когда пальцы мужчины проникают под трусики. Наконец-то! – Я потекла, как только ты разделся.

– Нравлюсь тебе, Кристина?

– Да. Нравишься, сильно, - и получаю награду за это откровение. Лютый давит на мой клитор, жмет, а возбуждение разливается по телу. – Мне нравится, как ты касаешься меня, но я… Я хочу…

– Ну же, златовласка.

– Я хочу, чтобы ты… Трахнул меня, - выдаю взволнованно, грубое слово царапает языком.

– Пальцами? Языком? Членом?

– Членом. Господи, прекрати издеватья. Я хочу твой член в себе, дико хочу, так, что судорогой сводит. Ты доволен?!

– Очень, девочка моя, пиздец как доволен тобой.

Обычная похвала не должна так возбуждать, но Лютый особенный случай. Словами ласкает не хуже пальцев, заставляя сиять от удовольствия, от его комплиментов.