Пленница Лютого (СИ)

Идиотка! Стоило ожидать, что проблемы будут, даже если бы сталкера навсегда закрыли за решеткой.

Такая извращенная, ужасная месть.

– Успокоилась? – спрашивает вкрадчиво, а меня снова трясти начинает. – Кристина.

– Я клянусь тебе… Если ты рискнешь, если ты отдашь меня…

– То что? Что ты сделаешь?

– Я тебя убью. Не знаю как, когда, откуда возьму силы или деньги, но… Если ты… Если они… Я тебя…

Задыхаюсь, рыдания застревают в горле. Я не могу с этим справиться, сдержаться, не показывать мужчине своих страхов. Потому что воображение рисует самое худшее, мерзкое.

И я не могу поверить в то, что сталкер действительно так поступит со мной. Пойдёт на такой шаг, отказываясь от меня. За предательство, подставу – справедливо. Но…

Я не смогу найти выход, помощь. Всё кажется нереальным, невозможным в этом момент. Меня сковывает холодом, льдом покрываюсь. Не представляю, как такое может быть. И ужас только сильнее клубится в душе.

Лютый пугает куда меньше тех незнакомых мужчин, которые дрались на ринге. Которые соглашались отдавать своих спутниц другим. Сталкер не менее устрашающий, но… Он опасный, а при этом знакомый.

– Тише, златовласка, - его сухие губы касаются моего подбородка, заставляя не двигаться. Маски снова нет. – Дыши, спокойно.

– Твоя угроза убийства очень пугает, но нет.

– Нет, я не собираюсь тебя отдавать другому. Кажется, мы уже с тобой уяснили этот момент. Я убью любого, кто посмеет к тебе прикоснуться. Сделаю так, что его труп никогда не найдут. Поэтому – нет. Ты будешь со мной, не с другими.

– Ты сказал… Сказал, что…

Кусаю губу до боли, пока кровь не начнет пульсировать под тонкой кожей. Не хочу показывать слабость перед мужчиной, хватит. Я не могу всё время быть истеричкой, плакать.

Вот только слёзы не заканчиваются. Это сильнее меня, глубже. Я ведь в начале пыталась бороться со сталкером, не слушала, не обращала внимания. А после – сдалась.

– Я ни разу не говорил, что отдам тебя. Ты сама себе что-то придумала и сорвалась.

– Ты говорил, что если я буду твоей, то статус этой глупой «переходной» не коснётся меня. И только угрожал, что я не неприкосновенная.

– И это единственное, что пришло тебе в голову?

То, как спокойно говорит Лютый, заставляет почувствовать себя глупой. Обманчивое утешение, которое не работает. Потому что я всегда на нервах, в ожидании худшего.

Вздрагиваю, когда мужчина касается меня. Его ладонь пробирается под пальто, скользит по обнаженной спине. Легкие, почти незаметные движения, от которых кровь вскипает.

Нежность сталкера может очень быстро закончится.

– Я боюсь тебя, Лютый, слишком боюсь, - правда срывается с губ слишком легко второй раз за вечер, заставляя сжаться от этого признания. Опасаться чужой реакции. – И я не знаю, чего мне ждать.