Плохой парень

Мне все прекрасно видно, и его этот дикий взгляд скорее пугает, чем доставляет женскую радость.

Я знаю, что есть девушки, которые получают некоторое наслаждение от того, что их ревнуют, но я не вхожу в их число. Я против этих качелей. Каруселей. На Юру смотрю украдкой, он на меня не моргая взирает. Желваки играют, и становится с каждой секундой все страшнее.

Я незаметно беру телефон и пишу ему короткое.

“Не злись! Я не понимаю, откуда букет. Целую тебя”.

Губы поджимаю,тяжело вздыхаю.

Все это делаю так быстро, впопыхах, словно в бумагах ищу что-то. Конечно, сейчас он не увидит мое смс, но мне морально сложно просто стоять рядом с букетом и делать вид, что его нет.

Откуда он взялся, в конце концов? Есть одна идея, но я не хочу о ней думать. Бывший ученик отца вполне мог бы, учитывая наш последний разговор. По итогу вообще откладываю цветы на пол, поднимая одного из курсантов для ответа.

Мое движение будто бы запускает в Юре какую-то новую реакцию, он перестает так уж сильно хмуриться, хмыкает неоднозначно, но так и играет желваками, рассматривая меня, начинающую краснеть, с ног до головы.

Ответ курсанта меня устраивает, хоть я частично его слышала, если быть до конца честной. Мне за это немного стыдно, но стыднее все же перед Юрой за то, что букет оказался в моем кабинете.

Я же понимаю, что он горячая голова! Мы поругаемся точно, а я ни сном, ни духом…

—Thank you. Take your seat. (Спасибо. Садитесь).

До конца пары напряжение слегка спадает, как мне кажется. Юра не моргая смотрит, я краснею, испытывая смешанные чувства. И злюсь, и переживаю, и вообще размазана. Его пристальное внимание меня обезоруживает.

Дыхание срывается, я делаю ошибки, причем такие глупые, что беру паузу, чтобы попить воды.

Под конец пары я заведена максимально для того, чтобы вылететь из аудитории, но как только слышится звонок, меня волнение слегка отпускает. Курсанты мигом выходят из аудитории, все…кроме Юры. Он тормозит и складывает тетради с ручкой, копошится.

Я тоже торможу, оглядываюсь, чтобы ни на кого не напороться, и стоит последнему курсанту выйти, как Юра устремляется в мою сторону, пронзая диким взглядом.

—Что за блядский веник?! — рычит мне в губы, а затем рвано целует, тут же отстраняется и, перехватив за пылающее лицо, упирается в лоб. Оглядываемся синхронно.

—Я не знаю! Может папа подарил?

—Что ты мне чешешь? Он бы подарил тебе лично, а не так! — свирепствует Шолохов, но у меня и правда нет идей, никаких. Кроме…ученика отца, который и правда мог бы это сделать.

Глупо было бы не заметить искреннего интереса с его стороны, да и в конце концов, это очевидный мужской жест.

—Это была демонстрация, — отчаянно шипит мне в губы Юра, а затем снова впивается, толкает язык в рот. Меня обдает кипятком, ошпаривает. Перед глазами искрятся звезды.