По праву сильнейшего. Вернуть пару (СИ)

Она… — тут я запнулся, доставая из заднего кармана джинс свой телефон, который собрался протянуть ему в качестве доказательства. — Действие сыворотки оказалось гибельным для неё. Алиса мертва.

Пока произносил всё это, абстрагировался напрочь от всех возможных сопутствующих эмоций, чтоб голос звучал ровно и безразлично, и чтоб я не выдал себя.

Всё то, что я мог бы ощутить по этому поводу…

Самообладание мне очень пригодилось на тот момент, когда альфа клана серых волков пришёл в настоящую ярость от услышанного. Новый выброс силы вызвал очередной многочисленный скулёж всех тех, кого придавило ею к стылой земле. И на этот раз Рязанова вовсе не заботило благополучие даже собственных волков. Ничуть не сбавил воздействие даже после того, как стало понятно, что происходит и какими будут последствия.

— Вр-рёшь! — вместе с тем прокатилось громогласным злобным рычанием по всей округе от него.

Эхо разошлось далеко-далеко. Смешалось с шумом от встревоженных надвигающейся угрозой лесных жителей, спешащих свалить как можно дальше от эпицентра намечающихся разборок. Давление его силы не ослабло и тогда. Шмальнуло по мне самому, сбивая с ног, как самый лютый удар, чью величину мне ещё не доводилось испытывать ни разу в жизни. В голове помутилось. Все внутренности буквально скрутило в тугие узлы из сплошной боли. Воздух моментально пропитался металлическим привкусом крови. Чьей именно — не уверен. То ли моей, что пошла носом. То ли самого альфы клана серых волков, когда он нанёс следующий удар — уже физический, кулаком, с размаха и в прыжке, от которого я увернулся лишь в последний момент, отчего тот пришёлся на ствол дерева, что мигом треснул и накренился. То ли так сильно при этом пострадали все остальные сопутствующим выбросом от истинной мощи серого волка, который больше не сдерживался и вообще потерял над собой контроль. То ли всех вместе.

Всё это осталось шумовым фоном…

Едва ли то реально задержалось в моей голове.

Просто потому, что именно в этот момент я осознал, что моя боль — она не только моя. Моей пары. А ей так плохо, что едва возможно терпеть. Если я сам едва справлялся, то как сможет она? А дети?

Нужно срочно вернуться!

Телефон выпал из руки, одежда затрещала по швам, осталась ошмётками где-то там же. Не важно. Зверь рванул на первый план, и я даже не думал сдерживать его.

Едва ли час прошёл, как я их оставил!

И всё было в полном порядке!

Что успело случиться?

Задавался этими и многими другими вопросами множество раз, упорно цепляясь за них, чтобы во мне оставалась хоть капля разумности, пока я нёсся в волчьей шкуре среди деревьев туда, куда вело чутьё. С каждой уходящей секундой во мне разрасталась не только паника и тревога за жизнь тех, к кому я стремился.