По праву сильнейшего. Вернуть пару (СИ)

На самом деле чуть не врезалась в него, и вряд ли бы успела вовремя сама затормозить, но плечи обхватили его ладони, уберегая от столкновения. Как раскалённым железом приложил, оставив на моей коже невидимые отпечатки своих пальцев. Всего мгновение, но я его прочувствовала от и до. А он… Подвинул меня в сторону с таким каменным выражением лица, словно не он вовсе считанные минуты назад был дико взбешённым, и направился дальше.

Такой равнодушный весь из себя, что меня приморозило к месту на несколько мгновений, прежде чем я смогла взять себя в руки и пойти за ним. Не знаю, что подумал Кайл, когда я присоединилась к нему в коридоре. Он просто шёл дальше с тем же пугающим безразличием на лице, и я невольно засомневалась, стоит ли сейчас лезть ему под руку со своими признаниями. К тому же повязка на его талии в пылу драки сползла, открывая вид на три аккуратных шва, два из которых разошлись и сильно кровоточили, впитываясь в съехавшие вниз бинты. И глядя на них, я только и могла думать о том, что их носителю нужна помощь, а не какие-то там разговоры во имя спасения других.

— Ты как? Выглядит не очень хорошо, — не выдержала я гнетущей тишины. — Даже очень плохо… — добавила уже совсем тихо себе под нос.

Хотя на первый взгляд Кайл казался вполне себе бодрым, несмотря на недавнюю драку, только сбился с шага от моего вопроса. И я вот уже во второй раз пожалела, что мне не дали остановить произошедшее безумие. Нельзя было позволять ему так напрягаться. Кто знает, что за инфекция в его организме, что аж регенерацию ослабляет.

И, боже, я что, правда, после всего, переживаю за его здоровье?

Я точно ненормальная!

— Не настолько плохо, как всё будет обстоять с твоим другом, если ещё хоть раз выкинешь подобный номер, — усмехнулся он мрачно, продолжив идти дальше, явно не желая слышать то, что я считаю по этому поводу.

Настала моя очередь сбиваться с шага. И вновь сомнения вгрызлись в мой мозг. Надо ли говорить правду? Не сделаю ли хуже этим? По сути, какая теперь разница, почему я не вернулась к нему, выбрав остаться с матерью. Всё уже, сделано. Как и маму мою это не вернёт. Мы с Кайлом так остро наточили колья, что теперь захоти — не получится пройти мимо них, не поранившись. А то, что он сказал про Алекса…

— Он хороший, — отозвалась негромко. — Алекс, — пояснила. — Просто гиперответственный и с детства привык меня опекать. И он явно решил, что со мной случилось что-то плохое, потому и пришёл. Не надо его наказывать. Пожалуйста.

Оборотень и тогда промолчал. А я больше и не знала, что ему сказать. И нужно ли? Может лучше вернуться и попробовать этого их Верховного переубедить? Я даже сбавила шаг, раздумывая над этим решением полнее. Но сделать ничего такого не успела. Мы пришли.