По твоим следам

Придется убить. Потому что не собирался он быть «заднеприводным». А дальше, не имеет значения.

Добромир ухватил пацана за шкирку и вытащил из машины. Подтолкнул к лифту, набрал полные легкие воздуха, запихал Фому в приветливо распахнутые двери кабинки, нажал на кнопку нужного этажа.

Ему бы воспользоваться сейчас лестницей. Потому что убивать пацана здесь — совсем не вариант. Нужно как-то до квартиры дотерпеть. Чтобы там уже. Без свидетелей. А терпеть было тяжко.

На секунду Дим выдохнул. Увидел, как зрачки Фомы расширились.

Нет, и все же не может пацан пахнуть так приятно!

Дим включил мозги и решил, что надо проверить. Надо. Да и кто ж его остановит? Разве что Верховный. А ему сейчас не до него.

Вольнов рывком выбросил руку, ухватился за чумазую куртку с прорехами и следами грязи. От одежды Фомы пахло, мягко сказать, как из свинарника. Но это все мелочи. Сначала Дим решил отмыть пацана, а потом уже убивать. В конце концов, не зря ведь собственноручно спасал и терпел перелет.

Крепкие пальцы ухватились за одежду, рванули в стороны.

— Нет! Не трогайте! Нет! — уже тише, со всхлипом, умолял Фома.

Дим покачнулся от увиденного. Вместе с курткой он умудрился разорвать и рубаху, или что там была за одежда. Словом, Фома остался в одной майке, а под ней…

Добромир обессиленно прислонился затылком к металлической стене. Твою ж мать! Нет, не так. Святая Праматерь! И как он мог спутать?

Нет, понятно, что запах грязи и дерьма сбивал. Но зверь-то должен был почуять!

А хотя, он и почуял. Ведь в первую же секунду распознал, оскалился, встал в стойку, а потому уже мозги подключились.

Лифт подал сигнал о том, что они добрались до пункта назначения. Дим оттолкнулся от стены, а Фомы уже и след простыл.

Однако от Дима не убежать. В два шага вожак Вольных догнал беглеца, повалил прямо на пол, зафиксировал тонкие запястья одной рукой, а второй задрал майку.

Крохотная, не безусловно, женская грудь встала торчащими сосками прямо перед его, Дима, взором.

— Как тебя на самом деле звать? — пророкотал Дим, а зверь в его сознании зверел и срывался, становясь все сильнее, сбрасывая остатки препарата, влиявшего на сознание.

— Фома! — упрямо повторила девчонка.

Дим непроизвольно облизал острые клыки. А взгляд девчонки обжег страхом и чем-то еще таким, от чего в штанах Вольнова сделалось невероятно тесно. Хотя, там тесно было с самого первого взгляда на чумазого Фому.

— Как тебя звать, девочка?! — рявкнул Вольнов, коленом развел сопротивляющиеся ноги и вклинился меж тонких бедер.

— Фаина, — все еще упрямо поджимая губы, произнесла пленница, — Слезьте с меня!

— А Фома почему? — допытывался Дим, а сам подался вперед, утонув в аромате корицы.

— Фаина Фомина потому что! — просипела девчонка, боясь пошевелиться, — Вы меня сейчас раздавите.