По твоим следам

И если еще два часа назад допускал мысль, что отпустил охрану из-за того, что не хотел оставлять свидетелей ликвидации человечки, то сейчас твердо знал: это его женщина, его пара, и никто не смеет даже смотреть в ее сторону без его, Тихомира, разрешения!

Вольнов сцепил зубы. Контроль трещал по швам. И словно сама Судьба испытывала его на прочность — Зарета выскочила из-за угла дома, навстречу полубезумному хозяину.

А хозяину хотелось отведать крови гостьи. Вернее, зверю хотелось. И Тихомир чувствовал, что с каждым шагом к девчонке сопротивляется рычащему чудовищу все меньше.

Зарета испугано застыла на месте, увидев его. Вольнов оскалился. Зверь рычал во всю глотку. И последние силы уходили на то, чтобы сдержать его.

Тихомир надеялся, что девчонке удастся отсидеться в доме. Она ведь могла бы запереться в одной из комнат, где двери были настолько прочными, что способны удержать хищника на некоторое время. А сам Вольнов пока возьмет контроль в свои руки.

— Беги! Если хочешь жить, беги! — рычание, в котором не осталось ничего человеческого, пробирало до костей и внушало дикий ужас.

— К-к-куда? Ночь ведь! — заикаясь, выдохнула девушка.

Ее хрупкое тело продрогло, а одежда промокла насквозь под проливным дождем.

— Ты идиотка?! — зверь двинулся вперед, нависая мощным телом над своей жертвой.

Одежда, дорогая и шитая на заказ, напоминала рваные бесформенные тряпки. Они кусками свисали с широких плеч, липли к разгоряченной смуглой коже мужчины.

— Не-не-нет! — отчаянно затрясла головой девушка. — Можно мне «пи-пи»?

— Р-р-р! — раздалось в ответ, а зверь навис почти вплотную, заслоняя растерянную девчонку собой от струй дождя.

— Я так и думала, — сглотнув, произнесла девчонка. — Ну хоть позвонить можно? Такси вызвать? Из дома? Мой телефон утонул там, в овраге.

Ночная гостья вяло махнула рукой куда-то в сторону, привлекая внимание Тихомира к тонкой кисти. Длинные пальцы, белая, почти прозрачная кожа и узкий уродливый шрам от пальцев через всю ладонь. Шрам был старым, но и к нему мужчине хотелось прижаться также, как и там, в офисе. Ощутить языком бархат кожи, окунуться в аромат плоти, укусить, растерзать до крови.

Тим не удержался, глубоко вздохнул, втянул носом дурманящий аромат женщины, замершей перед ним.

Совсем не красавица. У Вольнова было много женщин. Но никогда — вот таких обычных и несуразных без капли звериной крови. Однако мужчина чуял ее аромат и понимал, что именно этот запах сводит его с ума, заставляет его звериную сущность беситься.

— Нужно звонить отцу, — негромкий голос нарушил гнетущее молчание, — Он сможет повлиять на Тима, внушить, встряхнуть мозги.

— Угу, заодно и превратит в полный овощ, — хмыкнул мужчина, сидевший за рулем автомобиля.