Порочная невеста

Зверь вновь не причинил вреда и ушел, а через некоторое время вернулся и бросил к ногам девушки свежеубитую тушку зайца, опалив ее при этом огнем из своей пасти.

— Монстр решил накормить свою добычу? — Жар от дыхания Чейза, щекотавший затылок, здорово отвлекал от его рассказа.

— Через некоторое время жители деревни с удивлением увидели эту самую девицу, возвратившуюся из леса живой и невредимой, да еще в сопровождении незнакомого мужчины. Она сказала, что он спас ее и убил чудовище, поэтому парня встретили как героя и почитали до конца жизни, а король наградил его титулами и землей.

— А дальше? — нетерпеливо спросила я. — Огненная химера в камине замерцала и на долю секунды превратилась в человека, а затем растворилась в воздухе.

— Все жили долго и счастливо. — Герцог развернул меня к себе, нежно коснулся губами мочки уха и слегка прикусил, передавая вместе с поцелуем тепло, стремительно разливающееся по телу.

— Любовь победила? — Я откинулась назад, позволяя мужчине спуститься дальше, к голубой жилке, бьющейся на шее.

— Чувства сделали чудовище слабым. — Глаза Чейза стали светлеть и потухли, он натянуто улыбнулся и, выпустив меня из объятий, отступил назад.

После разговора с герцогом я действительно почувствовала себя лучше. Страх притупился, настроение поднялось, и я искренне поверила, что этот мужчина сможет защитить от всех врагов, даже призрачных. Как и обещала, примерила платье, подаренное супругом. Наряд сидел на мне как влитой, но я все же решила вечером не налегать на ужин, дабы корсет затянуть потуже.

Ночь прошла на удивление спокойно, кошмары и видения не мучили, поэтому утро я встретила в прекрасном расположении духа. После завтрака мы с моей новой горничной Эстер решили обсудить прическу, которую будем делать для вечера. В ходе согласования одного из предложенных вариантов в мою комнату пришла Алексис. Кузина Чейза терпеливо дождалась, когда я отошлю служанку, и взволнованно показала мне лист бумаги.

— Фабиана, ты только взгляни, что у меня есть! — Девушка перешла на заговорщический шепот. — Раз уж я в этом году начинаю выходить в свет раньше открытия сезона, грех не воспользоваться такой возможностью.

Я недоуменно пробежалась взглядом по пергаменту, на котором неровным почерком были выведены незнакомые слова.

— Ничего не понимаю, похоже на стихи, — отозвалась я. Бумага выглядела старой, но, если присмотреться, видно, что текст написан не так давно. Пергамент будто нарочно потрепали и углы опалили над свечой.

— Любовный приворот, — захлебываясь от восторга, заявила Алексис, ее глаза лихорадочно горели, а стекла очков вспотели от возбужденного дыхания. — Привлечет ко мне всех мужчин сегодняшним вечером.

— Ого, прямо всех, не слишком ли много? — хмыкнула я.