Порочная невеста

— Конечно! Вся округа гудит о том, что сквайр Барнс, который накануне скончался, сегодня днем заявился к себе домой как ни в чем не бывало.

Я сглотнула ком, вставший в горле.

— Это все, — усмехнулся герцог.

— Как все? — опешила я, стесняясь выйти из-за двери и пройти в комнату.

— Если хотите знать подробности, лучше продолжить разговор здесь. — Чейз жестом указал на обитую плюшем скамейку, стоявшую у подножия кровати.

Я колебалась, но не долго. Любопытство взяло верх, и я зашла к милорду, только присела не на предложенное место, а в кресло, стоявшее возле письменного стола, в другом конце спальни.

— Служанка сквайра упала в обморок после его возвращения, а когда очнулась, посчитала своим долгом оповестить власти.

Я затаила дыхание, в горле пересохло. Не дай бог этот старичок на кого-нибудь напал, всю жизнь буду корить себя за то, что не рассказала герцогу раньше про поход на кладбище.

— Некоторое время покойник вел себя как обычно, а вот потом началось…

Я ойкнула, а герцог засмеялся.

— Не томите, — попросила я.

Чейз тем временем снял сюртук и небрежно бросил его на кровать, а затем подошел к столику и налил себе в стакан воды, после чего залпом выпил. Будто нарочно тянул время, забавляясь моим состоянием.

— Барнс отчитал служанку за то, что его похоронили не в том костюме, который он купил тридцать лет назад и берег для погребения. Недавний покойник плотно пообедал, переоделся в нарядную одежду и отправился в банк. Там долго ругался, возмущаясь, что ему не хотят давать доступ к его счету по причине того, что он умер, после чего вернулся домой, достал наличные сбережения и отбыл в неизвестном направлении.

— Ну, вроде ничего страшного не случилось, — облегченно вздохнула я, но тут же вновь напряглась, заметив, что его светлость уже успел снять сапоги и сейчас принялся за белоснежную сорочку.

— Мне, пожалуй, пора. Рада, что все обошлось, — пролепетала я. — Доброй ночи, милорд.

— Прекрасных снов, Фабиана.

Все свечи, находящиеся в спальне, ярко вспыхнули, позволяя мне рассмотреть получше обнаженный торс герцога. Напряженные мускулы бугрились под смуглой кожей, рука Чейза скользнула по плоскому животу и остановилась на поясе, пальцы проворно щелкнули по пряжке, расстегивая ее.

Я наклонилась к стоявшему неподалеку подсвечнику и дунула на трепыхающееся пламя.

— Не стоит шутить и забавляться со мной, Чейз. — Я довольно посмотрела на погасший черный фитиль.

— Я всегда серьезен. — Голос звучал тем не менее насмешливо, а огонь свечи вновь ярко вспыхнул.

С досадой закусив губу, я была вынуждена ретироваться, а за спиной раздалось тихое позвякивание, серебряная пряжка на ремне и брюки упали на пол.

Тяжелые темные тучи развеялись, уступая место ясному весеннему небу.