Порочная невеста

Постепенно, когда глаза привыкли к темноте, я поняла, что не потеряла способности двигаться, просто мое тело было туго стянуто широкими кожаными ремнями и приковано к железной койке. От продавленного матраса шла вонь, в воздухе витал запах нечистот, я кривилась от омерзения, бессильная что-либо сделать.

Неожиданно тьма рассеялась, узкая дверь со скрипом отворилась, впуская вместе со светом Ирвина Талбота.

— Очнулась? — спокойно осведомился он, проходя в комнату. В руках он держал подсвечник. Талбот поднес его к моему лицу, буквально впиваясь взглядом, начал исследовать каждую черточку, щеки, подбородок. Горячий расплавленный воск капал на шею и грудь, заставляя морщиться.

— Что вы задумали? — Язык еле ворочался в пересохшем рту, я облизала потрескавшиеся губы, ощутив солоноватый привкус крови.

— Вынужден отметить, ты не скучала по мне. — Ирвин с жадностью проследил за моим языком, а затем поставил подсвечник на старый стул, стоявший рядом с кроватью. — Быстро нашла жениха, и довольно приличного, а может, он и был на примете, поэтому ты отказала мне.

— Месяц назад я даже не была знакома с герцогом Блэкстоуном, — прошептала я.

— Охотно верю, Фабиана. — Ледяные пальцы скользнули по ноге и, добравшись до бедра, с силой вонзились в нежную плоть. Гримаса боли, появившаяся на моем лице, явно доставила Ирвину удовольствие. — Я ведь любил тебя, хотел жениться, дать свое имя, но ты сильно разочаровала меня, отплатив черной неблагодарностью.

— Глупо винить меня в том, что не захотела выходить замуж за убийцу и садиста. — Эти слова я буквально выплюнула, вкладывая в интонацию злость и ненависть, которые сейчас ураганом бушевали во мне. — Как долго продлилась бы ваша любовь после свадьбы?

— Это напрямую зависело от тебя, — пожал плечами Талбот. — Если бы ты была послушной, исполняла все мои прихоти, то задержалась бы в качестве леди Талбот надолго. Я буквально сгорал от желания каждый раз, когда видел тебя, приходилось использовать случайных девок, чтобы забыть тебя. А насчет моих маленьких пристрастий, так у каждого мужчины есть свои предпочтения, небольшая грубость только усиливает удовольствие.

В руках мужчины сверкнул кинжал. Тонкое острое лезвие опустилось на живот, треск рвущейся ткани смешался с моим глухим вскриком. Лохмотья, оставшиеся от платья, слетели на пол, оставив меня лишь в корсете и тонкой сорочке.

— Твой женишок заметно усложнил мне жизнь, подвергнув мой дом унизительным обыскам. Ты представляешь, что в свете судачат обо мне?

— Ваше место в тюрьме, — прохрипела я осевшим от крика голосом. — Я рассказала все, что знала, и про Лорену в том числе, так что ваше заключение под стражу лишь дело времени.