Последняя Арена

Фантомных болей, о которых так любят судачить киношники, у меня никогда не было. Но теперь я явственно чувствовал ногу, будто она была на месте. Посмотрел вниз.

Стопа находилась там, где ей и положено быть. От изумления выронил топор и протер глаза. Иллюзия не растворялась. Пошевелил пальцами. Суставы послушно согнулись. Осторожно, будто боясь, что наваждение уйдет, присел и начал растирать кожу. Длинные ногти цеплялись за мозолистые ладони. Вырвал поднятый холодом волосок. Немного закололо, но я был рад этой боли.

— А вдруг это сон? — пробормотал я. — Даже если так, пока что просыпаться не хочу.

Медленно встал. Тело по привычке опиралось на одну ногу. Перенес центр тяжести. Босая стопа ощутила неровный пол. Небольшая щепка впилась в мизинец. Я понял, что чувствую этот палец. Думаю, со стороны я походил на солнечного ребенка — на моем лице играла такая же улыбка. Решившись, с силой ущипнул себя (ведь так делают, чтобы проснуться?), но ничего не произошло. Слегка подпрыгнул. Затем ещё раз. После оторвал здоровую конечность от земли. Попытался присесть. Что-то щелкнуло от отвыкшего к нагрузкам колене. И всё же я был счастлив.

Что-то я расслабился! Подхватил топор и, переваливаясь, будто медведь, подошел к комоду. Впервые за полгода надел на левую ногу носок. Ощущения просто непередаваемые! Нацепил трусы, штаны, футболку. Взял шапку и дутую куртку. Обулся. Теперь нужно понять, что вообще происходит.

Пришлось выбивать дверь. На улице я слегка прищурился от яркого света. Ну да, это в моей заколоченной хибаре темно, а тут стоял обыкновенный зимний денёк. Взглянул на небо — на моих глазах тучи развеивались и превращались в облака. А теперь главное: где моя машина?

Обошел дом. Лапник большой кучей валялся на снегу. Спрятанной нивы, естественно, нигде не было. Я увидел след от колес, который тянулся по заваленной дороге. Но было ещё нечто, привлекшее внимание.

В сотне метрах в мою сторону ковылял человек. Его странная походка заставила вспомнить фильмы про зомби. Я ухмыльнулся. Через секунду понял, что незнакомец голый. В такую холодину долго он не протянет. Видимо, все конечности проморозил. Всё-таки я не последняя тварь — помогу. Ну а если на меня попытается наброситься, то топор с лопатой под рукой. А в самом крайнем случае, смогу убежать. Убежать! На своих целых ногах! Без костылей и протеза! Здорово ведь звучит!

— Эй, — крикнул я, выдвигаясь навстречу. — Вы как?

Бьющий в лицо ветерок донёс до меня гнилостный шлейф. Странно. И откуда такие запахи? Если кто-то из зверья сдох поблизости, то заледеневшая тушка не должна издавать такие ароматы.

Незнакомец, видимо, услышав мои слова, остановился. Он задрал голову, затем издал горловой крик, а после припал на четыре конечности и бросился ко мне.