Последний реанорец. Том XI

Вторым подтверждением являются они, — заключил картар и глазами указал на шокированных альвов.

Хоть после слов Пала ошеломлены были все. Включая меня.

— Что за «интеграция»? — поинтересовался я, чуя неладное.

— «Интеграция» с другими мирами и расами, — развёл тот руками, словно объяснял прописную истину. — Земля — мир очень молодой, а магический фон достаточно мощный, и грань еще слишком сильна. Но через некоторое время она начнет истончатся. В вашем мире ведь есть демонологи? — внезапно задал он вопрос всем присутствующим.

— Вы имеете в виду призывателей? — вопросил тотчас Ростислав, медленно приподнимаясь со своего места.

 — Да. Есть. Амеры в призыве весьма искусны.

— Значит есть очень большая вероятность того, что первыми на связь с Землей заявятся демоны или же херувимы, — добил картар присутствующих своим откровением.

Суккубья кровь! Чтоб я беспардонно сдох! Как так получилось, что моё прощание превратилось вот в это?

— Понимаю, что эта новость может показаться шокирующей, но вы не первые и боюсь не последние, — успокоил всех Драгун, пожав плечами. — Да и времени еще достаточно.

Так что не стоит переживать понапрасну. Однако с уверенностью могу сказать, что только от вас будет зависеть каким окажется будущее Земли. Либо она может превратиться в мир наподобие Мерраввина, либо может преобразиться в мир наподобие моего. Где смертные, к примеру люди, сосуществует со многими народами, расами и высшими существами в согласии и благополучии.

Трепещи Ракуима! Этого еще не хватало. Но картар сказал, что времени еще достаточно, поэтому не нужно поднимать панику. И сейчас я склонен ему верить.

— Позаботьтесь здесь обо всем в моё отсутствие.

Надеюсь на всех вас, — подал я голос, успокаивая эмоции и на мгновение концентрируя своё внимание на поникших девчатах, но пересилив себя в призывающем жесте быстро кивнул картару, который тотчас устремился на выход. — Вадим, за мной. До смежной стигмы будешь нашим водителем. Да и не стоит лишний раз будоражить умы любопытной знати моим столь непонятным исчезновением.

Соловьёву дважды повторять не пришлось и тот молниеносно помчался на выход, лишь держась поодаль от мироходца, а сам я невольно замедлился и застыл от волны густых и столь разнообразных эмоций, что ударила по моей реанорской эмпатии.

— Я вернусь сюда. Даю вам слово. Ни о чем не переживайте и не беспокойтесь. Ведь это… мой дом.

— Осталось немного, — тихо обронила Хаарса, не сводя своего взгляда с одной точки.

— Ты уверена, что он явится? Откуда нам знать, что он не обманул нас, чтобы выиграть время? — задумчиво вопросил Фараф, глядя вниз, где на глазах у собравшейся толпы формировалось нечто загадочное, непостижимое и на данный момент призрачное.