Принцесса из борделя

Это было удивительной красоты платье, вручную расшитое синим шелком по атласу, рисунок создавали небольшие цветы о трех больших и двух малых лепестках, видимо то и были Розамундские лобелии…

Ах, король Генрих – это вам не Мильские гости-пустомели!

Когда с нарядом и прической было покончено – волосы мои, как и прежде, оставили распущенными, убрав лишь несколько прядей от лица – мадам Кардамон выгнала всех и взялась за макияж.

– Я бы на твоем месте не сияла так ярко, – сказала она, разводя темный перламутр для теней, – все же большая ответственность. Оцени подготовку – господин твой Зеркало Эвандоэле повелел привезти сюда из самого Геренвальда, а это как-никак два дня пути. Да и кто знает, сколько ему пришлось заплатить Геренвальдскому дожу, чтобы тот согласился отослать свое сокровище так далеко.

Не сиять было в моем положении сложно: в темной глади напротив меня отражалась невероятная красота – стройная девушка с нежными и чувственными чертами лица, облаченная в платье достойное королевы, сдержанно улыбалась, а в глазах ее плескалась синева, ярко подчеркнутая цветом наряда.

Про синеву я конечно додумала, цвета в черном зеркале были едва различимы, но я была уверена, что все выглядело именно так.

– Постарайся вести себя степенно и скромно. В ноги при его появлении не кидайся, но и голову прямо не держи. Эй, ты слушаешь меня?

Но я не сводила глаз с зеркальной глади – черный блеск внезапно померк, словно его подернуло дымкой и легкий, едва уловимый пар и правда заструился над скрывшимся отражением. Ровная поверхность дернулась и разошлась кругами, словно кто-то уронил каплю в спокойную водную гладь и более не успокаивалась, вновь и вновь добавляя круги.

– Ну, вот и все. А теперь ступай. И помни, – напутствовала мадам Кардамон, – от тебя зависит свобода твоих сестер, ты делаешь это все не только для себя, но и для них.

Признаться, честно, я слушала ее в пол-уха… меня манила скорая встреча с чудесным мужчиной, который был так добр со мной, который пожелал увидеться вновь и не пожалел для этого никаких средств.

Его тепло и ничего не обещающая ласка – вот то, что мне требовалось сейчас. И, пожалуй, я желала бы этого даже если бы мой король не внес за то никакой платы – подумала я переступая вибрирующую завезу и почувствовала себя так, словно с разбега нырнула в ледяные воды реки – головокружительно удивленной, парализованной холодом.

Но все это сменил яркий свет и жаркое каминное тепло…

На мгновение свет ослепил меня, ведь в Кардском королевстве только вступил в силу рассвет, а здесь огромное закатное солнце било в большие окна передо мной, высеченные, казалось, прямо в скале.