Принцесса из борделя

Но ни колдуна, ни пугающе мерзкого одержимого Крастра рядом не оказалось.

Были только деревянные стены, какие-то мешки, да корзинки. Я стояла посреди незнакомой кладовой, сжатая в неумелых объятиях Неймена, который вовсе не торопился меня отпускать.

– Какого демона? Куда ты меня перенес?! – Прошипела я ему прямо в лицо, и дернулась, пытаясь освободиться. Но юнец-то – юнец, а все же одержимый, держал крепко и все так же улыбался.

– Здесь нам никто не помешает, госпожа моя… – Прошептал он, задыхаясь от нахлынувших чувств и потянулся своими губами к моим.

Ошалев от таких новостей, я со всей силы залепила ему пощечину, а потом еще раз другой рукой и пока юный любовник приходил в себя, еще и коленом зарядила прямо в напряженную плоть.

Вот же герой! От горшка два вершка, а все туда же?

– Но вы… – Простонал он, хватаясь за причинное место. – Вы же сами строили мне глазки! Вы же выбрали меня!

Я вся аж подобралась от возмущения. Выбрала? Это он мою человечность так высоко оценил?! Ох, что ж за каша в голове у этих одержимых. Или у меня, раз я решила, что к ним можно относиться, как к людям. И ведь купилась на невинную мордашку, буквально пожалела паренька. Надо было послушать Луция и выбрать чесночного демона – уж он то точно руки не стал бы распускать. А что же теперь?

– Да я пожалела тебя, дурак! Ты же еще мальчишка совсем, куда полез?

Юный герой-любовник поднял на меня жалостливые, еще не совсем изменившиеся от демонического преображения глаза, и ей богу, едва не заплакал.

– Я не ребенок… Просто тело такое досталось!

Ну, что же делать? Вот ведь везучая я, одним словом – проклятая. И этот туда же. Вот что – если хочу жить нормально, надо и вовсе подальше от каких-либо мужчин держаться. И не любезничать ни в каком виде. Хотя, как знать, может и если грубить буду на право и налево, кавалеров-то не убавится. Есть в породе некоторых мужчин склонность к подчинению и мазохизму.

– Давай, перенеси меня куда нужно. Я ничего не скажу. Только руки свои подальше от меня держи, баран ты молочный!

Неймен невесело разогнулся и осторожно подошел ко мне, протянув руку. Я взялась за нее и одержимый вцепился второй в мое предплечье. В глаза мне ему теперь было смотреть стыдно, и он отвернулся, начав растворять нас в пространстве. Наверно сильно я задела его мужские чувства, назвав ребенком.

А что, если ребенок и есть, ведь даже мало какой дурак ослушался бы колдовского магистра, да еще так дерзко.

Вынырнув из серого тумана, я увидела, как Неймен отшатнулся от меня против воли – Луций поднял его за грудки, оторвав от пола и тихо сказал что-то, наблюдая за реакцией. Одержимый испуганно мотал рогатой головой, вцепившись в руки своего хозяина.