Проклятое дитя

Как прошло Ваше путешествие?

— Плодотворно, — хмыкнул Хасин. — Все же я больше работал, нежели отдыхал.

— Как жаль, что Анна не решилась пойти на бал. Вы явно горели желанием увидеться с ней, — без намека на разочарование, которое прозвучало в словах, произнесла со все той же вежливой улыбкой девушка.

— Вечер только начался. Уверен, леди Анна еще появится, — выгнув бровь, насмешливо произнес Хасин, заставив Лили прищурится.

— Это вряд ли, — куда более холодно и с куда более циничной улыбкой, произнесла принцесса. — Анна даже платье не подготовила. Ее пугает толпа, она не любит двор.

Ей куда комфортней в пыльной библиотеке. Так что можете поискать ее там, — голосом, полным насмешки с нотками презрительности, произнесла громко Лили.

Нарочито громко, чтобы каждый вновь услышал о сестре то, о чем можно будет пошептаться по углам. Ее выражение лица повторили все, кто стоял рядом и слышал эти слова — издевка, насмешка, превосходство и презрение.

И под испуганный шепот подруг за спиной, Лили резко повернулась к нему спиной, собираясь уйти. Но в этот момент раскрылись двери прямо напротив, которые вели в крыло, где находились покои всех членов королевской семьи, и принцесса замерла на месте от удивления и злости, тут же появившейся на красивом личике.

И пусть всего на мгновение, но Хасин уловил это чувство. А потом тут же потерял к нему интерес, переведя взгляд дальше.

На пороге зала, под сотнями удивленных, шокированных и неверящих взглядов стояла Анна. Немного растеряно девушка смотрела на гостей перед собой, сминая пальцы. Волнение и страх читались на ее лице, пока она обводила взглядом большой зал. Она видела удивление в глазах придворных, которые не ожидали ее здесь увидеть, ведь все во дворце знали, что на бал она не пожелала идти.

Она увидела гнев матери, когда та поняла, что ее любимица больше не единственная в центре внимания. Она увидела хмурое лицо отца, который был просто удивлен, но не сказать, что неприятно — женская зависть к вниманию окружающих была ему не знакома. И сама удивлялась тому, что помимо удивления видит в глазах людей и…восхищение? Да, это было именно оно. Никто никогда ею не восхищался! Если на нее не смотрели с презрением, то это была жалость. Если не жалость, то равнодушие. И никогда она не видела улыбок, адресованных ей. Никогда не встречалась с интересом или просто вниманием к своей персоне. Перед ней склонялись придворные в поклонах и реверансах, когда она встречалась с ними в коридорах или саду, но это было скорее автоматически, нежели искренне. Поклонившись, к ней тут же теряли интерес, что Анну вполне устраивало. А потому она сейчас по-настоящему стушевалась и не была готова к такому шквалу различных эмоций на лицах гостей.