Проповедник

Она объехала холм с правой стороны, проехала мимо стадиона, квартирного комплекса Куплен и припарковалась перед библиотекой. Она окончательно рехнется, если будет сидеть и колупать в носу целый день. Конечно, Патрик потом выскажет ей свое недовольство, но кто-то должен ему помочь. В конце концов, хочет он раскрыть это дело или нет?

Эрнст, прибыв в участок, к кабинету Хедстрёма шел на полусогнутых. Когда Патрик позвонил ему на мобильный и железным голосом приказал немедленно явиться, Эрнст ясно услышал, что надвигается гроза. Он быстренько прикинул, припоминая, что это могло быть, чем он занимался в последнее время, но ничего не вспомнил и мог только гадать. Де-факто Эрнст был почти что гениальным халтурщиком и уровень своего раздолбайства довел до искусства.

Эрнст послушно выполнил приказание Патрика и сел с самой невинной миной, готовый защищаться от надвигающейся бури.

— Ну и что за срочность такая? Пожар или потоп? Я, между прочим, делом занимался. А если тебе поручили руководить расследованием, то это не значит, что ты должен выпендриваться и высвистывать меня, когда захочешь.

Нападение — лучшая защита, но, судя по тому, что лицо Патрика помрачнело еще больше, на этот раз Эрнст, похоже, ошибся и выбрал неправильную тактику.

— Ты принимал заявление о пропавшей немецкой туристке неделю назад?

Вот черт, а про это-то он и забыл. Та маленькая блондинистая девчонка, ее принесло как раз перед самым обедом, а ему есть хотелось до чертиков. Конечно, он с ней поговорил, но думал в то время только о том, как бы поскорее смотаться и что-нибудь куснуть. И потом, со всеми этими заявлениями о пропавших друзьях вечно одна и та же история: либо они насосались и уснули где-нибудь в канаве, либо скорешились с кем-нибудь из местных и трахались у него дома. Вот блин, ведь обычное дело. Ему и в голову не пришло связать это с девушкой, которую они нашли вчера. Ну, блин, конечно, все умные задним числом. Теперь надо как-то выкручиваться.

— Да, ну, я там, конечно да.

Обычно спокойный ровный голос Патрика грянул так, что уши заложило.

— Либо ты принял заявление и написал рапорт, либо ты этого не сделал — середины тут быть не может. А если ты составил рапорт, то где он, в какую… задницу он провалился? — Патрик был настолько разъярен, что проглатывал слова. — Ты что, не понимаешь, что значит для расследования время?

— Да, конечно, ясное дело, но это случайно вышло, и откуда я знал…

— А тебе и не надо знать, ты должен выполнять свои прямые обязанности. Я только надеюсь, что мне больше не понадобится говорить с тобой о чем-нибудь похожем. Мы потеряли из-за тебя столько времени.

— Но может быть, я мог бы…

Эрнст изобразил раскаяние, старательно кося под несчастную овечку.