Прощальный поцелуй Греты Гарбо

 – Кирилл опустил голову и добавил сдавленным голосом: – Очень прошу тебя…

– Может быть – взаймы?

– Не унижай меня. Просто так денег я у тебя не возьму. Тем более у твоего мужа.

– Ну хорошо, – Лионелла чувствовала себя без вины виноватой. – Когда приедет Лев, я с ним поговорю.

– Он в отъезде? – Кирилл поднял голову.

– Через несколько дней.

– Черт! – вырвалось у него.

– Можешь объяснить, что стряслось?

– Сегодня утром мне позвонил следователь.

– Он самый, Егор Петрович.

– Что на пистолете, из которого застрелили альфонса, нашли мои отпечатки. – Кирилл говорил, чеканя слова и глядя в глаза Лионелле.

– Это правда? – тихо спросила она.

– Я спрашиваю: ты правда его убил?

Вскинув руки, Ольшанский поднялся с кресла:

– Как ты могла! Столько лет меня знаешь.

– Я уже говорила тебе: люди меняются.

– А я тебе отвечал: не до такой степени.

– Значит, не ты. – Ей очень хотелось верить, но она все же спросила: – Тогда объясни, как на пистолете оказались твои отпечатки.

– Не знаю, как рассказать…

Кирилл помолчал, потом снова сел в кресло и стал говорить:

– В тот вечер Шмельцов должен был дать мне денег. Я специально приехал за ними.

– Нет, он сам позвонил мне и сказал, что у него есть свободная сумма под небольшие проценты. Деньги были нужны срочно. Я не стал ждать, пока он вернется в Москву, и сам отправился в Питер.

– Значит, ты не собирался участвовать в игре?

– Определенно – нет. Я приехал в отель незадолго до ее окончания. Забрал ключ…

– У меня не было денег на это. Григорий оставил для меня ключ от своего номера на ресепшене.

– Значит, ты ждал Шмельцова в его номере?..

– Что в этом такого? Забрав деньги, я хотел тут же вернуться в Москву.

– Шмельцов рассказал об этом следователю?

– Конечно. Мне тоже пришлось давать объяснения.

– Ну хорошо… Ты поднялся в его номер. Дальше что?

– Мы договорились, что, пока его нет, я напишу расписку. В ящике стола была приготовлена бумага и ручка.

– Я открыл ящик стола.

– Там поверх бумаги лежал пистолет.

– Я взял его… покрутил в руках. Прицелился в зеркало.

– Кто мог знать, что из него убили человека?

– Убьют… – проронила она.

– Я сказала – убьют.

– Думаю, что трупа там еще не было.

– Потом я положил пистолет на место и написал расписку. Когда Шмельцов вернулся с игры, он сунул мне деньги, забрал расписку и убежал в туалет.

– Я остался в комнате.

– Он попросил подождать. Минут через десять я решился уйти. Было неловко сидеть в трех метрах от двери в туалет. У Шмельцова определенно было расстройство желудка. Сначала я хотел уехать в Москву, потом снял номер и отправился спать. Под утро меня разбудили и потащили на допрос к нашему другу.

– Ты рассказывал Фирсову про пистолет?

– Про то, как ты схватился за него?

– Нужно рассказать, и это без вариантов.