Птицы Великого леса

Вячко дополз до него, схватился за рукоять и перекатился в сторону.

Только с последним, с третьим, вышло достойное сражение. На мечах, честно, один на один. Вячко отступал, стражник напирал. Шустрый, как муха. Только успевай отбивать.

Огонь подбирался со всех сторон.

Вячко повезло. Бородатый поднялся, кинулся на подмогу, и тогда товарищ его отвлёкся. Одно мгновение, чтобы нанести удар. Вячко выбил саблю из его руки и ударил по предплечью. Меч вошёл легко, как в масло. Он ударил ещё раз, точно в грудь

Бородатого заколоть вышло легче.

Третий, с проткнутым лицом, пропал.

Вячко искал его среди огня и разрухи, но так и не нашёл. Он застыл, растерянный, посередине разбушевавшегося пожара.

И вдруг резко вернулись звуки, точно из ушей вылетели пробки. Только теперь он услышал, как в стороне кричали люди.

На кухню бежала толпа. Человек десять, не меньше, судя по топоту.

– Твою ж мать, – прошипел Вячко и только тогда заметил того, третьего, с проткнутой щекой. Он бежал навстречу.

Со всех ног Вячко кинулся к забору, перебросил через него меч, сам взлетел следом, вскрикнул от боли под лопаткой, спрыгнул, подхватил меч и прижался спиной к забору.

Замер в ожидании.

Стражник выскочил в том же месте, не успел перегнуться, как Вячко подпрыгнул и схватил его за ворот, стянул вниз, и тот рухнул к его ногам. Княжич не стал медлить, ударил несколько раз, пока не убедился, что противник больше не двигался.

Над дворцом поднимался дым. С кухни доносились крики. Но кроме испуганных воплей и плача послышались тяжёлые шаги и грозные голоса.

Вячко, натянув на лицо пропахший дымом платок, поспешил вниз по улице. Наверное, одежда его почернела от сажи, но в темноте все кошки серые.

Далеко убежать не получилось, в спину вступило, и ноги перестали слушаться. Вячко пошёл медленно, петляя по узким улочкам Дузукалана, то и дело он упирался в тупики, провонявшие мочой и гнилью, но башня главного храма, на верхушке которой сверкали звёзды и луна, помогала не сбиться с пути. Вячко шёл на этот свет, отсчитывая повороты.

Нога то и дело отнималась. Он сможет сделать шаг? А следующий? Он успеет дойти?

Башня храма будто и не приближалась, и звёзды на шпиле и на небе сверкали, насмехаясь над ним.

Рука тоже плохо слушалась, Вячко то и дело переставал её чувствовать.

Что с ним случилось? Сможет ли он ходить? А драться?

Он долго искал нужную дверь среди десятка одинаковых. Лавки вокруг храма все походили одна на другую, и в темноте Вячко не сразу нашёл нужный знак. Всё было, как и сказал Турар: звёзды и луна в верхнем правом углу.

Ему открыли, когда он постучал нужным образом, впустили внутрь. В тесной клетушке горела единственная масляная лампа, вдоль стен валялись соломенные тюфяки. Дверь за княжичем закрыл мрачный старик в храмовой одежде.