Птицы Великого леса

Ежи перекинул суму с драгоценностями через плечо, чтобы, если пришлось бежать, не потерять её.

Распахнулась дверь, влетел растрёпанный мужик в синем жупане.

– Старгород рдзенский! Рдзенский! Эй, хозяин, пляши! В Старгороде рдзенский князь.

Следом за ним в зал завалились ещё шестеро парней, все при оружии.

Ратиславский купец вытащил нож. Из-за другого стола поднялась его охрана. Хозяин двора вышел из-за стойки, держа в руках топорик.

– Не в моём доме, – предупредил он.

Ежи и Горица вместе попятились к стене.

– Ты, хозяин, больше не привечай у себя ратиславцев, – криво улыбнулся мужик в синем жупане. – Старгород теперь наш, рдзенский. И надо резать ратиславцев, как бешеных собак. Таков указ.

– Ты что мелешь, сука? – воскликнул ратиславский купец. – Старгород поклялся Великому князю Ярополку, а теперь и его сыну.

– Закрой пасть, псина! – взвизгнул мужик. – Рдзенский Старгород, рдзенский. Наш, как и всегда был. Ярополк мёртв, и князь Влоджемиж сам поклялся королю Властимиру. И вас, тварей, теперь погонят отсюда поганой метлой. Наша это земля!

– Ах ты! – купец первым бросился в бой.

– Хватит! – завизжала хозяйка.

Ежи и Горица спрятались под столом. Хрип и крик, стон и топот, и удары, удары. Они слышали, как резали плоть, как ломали человеческие кости. Они хватались друг за друга, пытаясь спрятаться от страха. Вся храбрость Ежи куда-то пропала разом. Он молился Создателю, прижимаясь к матери.

Всё кончилось быстро.

Глухая тишина воцарилась вокруг. Но вот застучали тяжёлые сапоги по деревянному полу.

Осторожно Ежи выглянул из-под стола. Горица попыталась утянуть его назад в укрытие, но он заупрямился.

– Налей нам пива, хозяин, – потребовал мужик в синем.

Дворник неохотно угостил их, за угощение не получил ни монеты. Смолчал.

– Ну, за нашу спасительницу, за Белую Лебёдушку. За Венцеславу! – разбойники вскинули вверх кружки, выпили до дна. Пиво полилось на пол.

Мужик в синем подошёл к порубленному купцу. Тот лежал с распоротым животом на полу у двери. Видимо, пытался сбежать.

– Выпей за будущую королеву, псина, – засмеялся разбойник и вылил пиво ему на лицо. – Хозяин! – обернулся он к дворнику. – Видать, дерьмовое у тебя пиво, раз даже ратиславская псина не пьёт его. Смотри, всё мимо рта!

Мужики загоготали, заголосили, пытаясь перешутить друг друга. Они измывались над мёртвыми, пока кто-то снова не воскликнул:

– За Белую Лебёдушку!

И пьяные голоса дружно поддержали:

Ежи подумал, что ему, рдзенцу, не стоило их бояться. Медленно, чувствуя, как мать дёргала его за штанину, он вышел из укрытия.

– Почему вы пьёте за госпожу Венцеславу? – спросил он, и собственный голос в воцарившейся тишине показался чужим.

Мужик в синем оглядел его с головы до ног с насмешкой.