Пыль моря (СИ)

Двое маньчжур тихо постанывали в переплетении ветвей и травы.

– Вот и оружием разжились, – довольным тоном заметил Мишка, поднимая тяжёлое ружьё. – Хоть и неказистое, да всё ж спокойней теперь.

– Оставь их, пусть подыхают, а нам скорее к лодке. Пока не очухались, надо проскочить перекат, – Тин-линь заторопился, хватая ружьё.

– Постой! Обутки ихние надо снять. В тайге без них шагу не сделаешь, –Мишка стал стаскивать сапоги с маньчжур. И-дун стал помогать. Солдаты подвывали им и что-то говорили, но их не слушали.

– Халаты тоже нечего оставлять им, – предложил И-дун.

– Может пригодятся. Военные ведь одёжи.

– Хорошо, но поторапливайся, – Мишка уже пошёл назад.

– Уже почти стемнело, – сказал Тин-линь. – Пора уходить, да передохнуть, а то ноги протянуть можно. Всё дрожит у меня.

– Так и сделаем. Теперь опасаться нечего, не осмелятся теперь на нас напасть. А ты опасался! Им ещё страшней нашего. Так всегда и поступай. А уж ежели страх заметишь у врага, то кидайся на него, и всегда твой верх будет.

– Отчаянный ты, Миш.

– А что её жалеть-то, жизнь! Она, конечно, хороша, да больше века своего не проживёшь. А век тот в руках всевышнего.

Он всем распоряжается.

– А всё ж страшно. Хорошо в этот раз духи были на нашей стороне, а в другой раз как будет?

– Ничего, ваши духи да мой бог, вот и сладится дело. Не робей!

Запыхавшийся И-дун догнал их у самой лодки, где дрожал в страхе их маленький друг Ювэй. Мишка сразу стал рассказывать с весельем в голосе все интересные эпизоды драки и Ювэй оживился и перестал дрожать.

– Вот так мы и одолели твоих богдойцев. Не велико дело. И перестань дрожать. Мужчина ведь ты. Смелость поднимай в себе, она у каждого имеется.

А то запрячешь в глубину живота, тогда достать её оттуда завсегда трудно. Так что держи её поблизости и не робей! – Мишка ласково похлопал мальчишку по спине и стал помогать вытаскивать лодку к реке, шлёпая ногами по каменистому руслу ручья.

И-дун шарил руками по мешкам, проверяя все ли на месте. В темноте можно забыть какой из них.

Луны ещё не было и река тускло поблескивала в свете звёзд. На западе ещё алела заря, но её света было недостаточно, берега тонули во мгле, едва угадываясь.

Вдали светился огонь костра и слышались смутные голоса людей.

– Ишь, басурманы, гогочут! – заметил Мишка сам себе.

Товарищи уже привыкли к его русским выражениям и не обращали на них внимания, но Тин-линь заметил:

– Пока они там спорят и выясняют виновного, мы успеем проскочить.

– Трудно будет, вишь течение на перекате взыгралось. Шестами потише стучите, вы! – Мишка зловеще погрозил увесистым кулаком.

Они медленно продвигались вверх, свет костра становился отчётливей. Там вокруг сидели маньчжуры, покрикивали друг на друга, размахивая руками. Коней не видно.