Пыль моря (СИ)

Долго и настойчиво Сун пытался объяснить Тин-линю причину его беспокойства, пока Тин-линь не догадался, что виднеющиеся вдали паруса грозят им какой-то опасностью. И хоть за время плавания они стали лучше понимать друг друга, но каждый раз общение доставляло много хлопот. Жестикуляция по-прежнему была главным средством разговора.

Всё же Тин-линь уразумел, в чём дело, и пошёл совещаться с Мишкой.

– Беда наплывает, Миш. Те далёкие паруса тянут к нам маньчжурских собак. Военные джонки императора, Сун торопит с укрытием. Чего доброго остановят, тогда ни нам, ни им не избежать смерти.

– Вот, чертяки! Куда ж укрываться? Что мы можем? Пусть Сун решает. Он здесь за главного, а мы подмогнём. А может, пронесёт?

– Может и пронесёт, да лучше остеречься. Маньчжуры опасаются флота с Тайваня и постоянно посылают свои джонки охранять побережье. Попутно останавливают таких, как мы, трясут бедных торговцев. А нам и подавно опасаться их следует.

– Это и так понятно, встречаться с ними нам не с руки. Пусть Сун попробует уклониться и скрыться за каким-нибудь островом. Ему видней.

Сун одобрил решение своих новых хозяев, и матросы забегали по палубе, поворачивая паруса и натягивая канаты.

Джонка отвернула в сторону и стала подтягиваться к скалистому островку, видневшемуся у горизонта.

Но вскоре заметили, что военные джонки, а их оказалось две, тоже изменили курс, намереваясь догнать их. Сун стал кричать, матросы вытащили длинные вёсла и стали размещаться по бортам.

– Ребята, – предложил Мишка, – надо и нам поработать. Правильно Сун удумал с вёслами. Так мы быстрее можем достичь острова.

Бросились к свободным вёслам, налегли. Джонка веселее запрыгала по волнам.

У руля остался один кормщик, покрикивая на матросов. Однако большие джонки шли быстрее и медленно догоняли. Матросы изнемогали, вместе с ними потели пассажиры.

К счастью ветер переменил направление, и маньчжуры не могли перерезать отход к острову. Да и остров уже хорошо был виден в окружении белых бурунов. За ним виднелся в отдалении другой островок. Все вздохнули с облегчением, можно было передохнуть.

С полчаса ещё маньчжуры пытались догнать джонку, но потом легли в дрейф и вскоре скрылись за скалистыми высокими мысами островка.

Мишка дружески обнял Суна, вложил в руку золотой из скудных запасов прежнего хозяина, сказал:

– Молодчина, Сун. От такой опасности уберёг. Смотри и дальше за такими парусами. Не дай бог прозеваешь. Голов не сносить.

Кормщик согласно кивал головой, улыбался и кланялся.

С этого дня Сун стал зорче оглядывать горизонт и отряжал одного из матросов на мачту высматривать опасность.

Прошло два дня, Сун опять стал беспокойным. На этот раз горизонт оставался чист, но небо предвещало шторм, а может быть и тайфун.