Ребенок от бывшего мужа

Но глупое-глупое сердце все равно твердило обратное. Оно тянулось к Мише.

Тоска. Серая, беспросветная тоска окутала меня в этот чудесный день. Вокруг носились дети, весело смеясь, над головой щебетали птицы. Мир вокруг радовался, жил, дышал полной грудью. А мне было до невозможного тоскливо.

Нет, не из-за Ольги или гонки, в которую меня втянули Орловы. А из-за того, каким человеком я могу из нее выйти.

Я всегда старалась сохранять человечность. Я всегда старалась сначала понять, прежде, чем осуждать человека. Я всегда старалась помочь там, где могла.

Но то, кем я сегодня предстала в разговоре с бывшей свекровью… это была не я. Кто-то другой. Совсем другой. Чужой мне. Кто-то уродливый, поломанный и отвратительный. Кто-то, кто жаждал мстить и напиться крови своих врагов. Кто-то, кто желал делать своим врагам больно. Так же больно, как было и ему самому.

Мне совершенно не понравился этот человек. И стало страшно, что после нескольких месяцев под одной крышей с Орловыми, этот чужак может стать сильнее.

Я не хотела взращивать в себе эти омерзительные, низменные черты характера. Не хотела давать боли и злости завладеть мной, ярости – ослепить меня.

История с Орловыми рано или поздно подойдет к концу, но если я единожды опущусь, то уже никогда не смогу вычеркнуть это из своей жизни.

Нужно было оставаться собой. Нужно было оставаться добрым, честным и порядочным человеком. Тем, кем я всегда стремилась быть. Жить по совести. И тогда я смогу воспитать Матвея человеком с большой буквы.

Нельзя было опускаться до их уровня. Ни в коем случае нельзя.

Разумеется, я не собиралась делать ничего из того, что говорила Ольге. Но я получила уж слишком большое удовольствие от чувства страха и загнанности врага.

– Господи, скорее бы все это закончилось, – прошептала я, сжимая в руках кулон.

Как мне хотелось, чтобы вся эта нелепая история подошла к концу как можно раньше. Тогда мы с сыном могли бы жить, как раньше.

И, кстати, да, я собиралась жить, как раньше. Деньги Орловых меня не интересовали. Поначалу я думала, что, наверное, Макс прав и огромные деньги, которые нам могут достаться, помогут моему ребенку в жизни. Смогут дать ему все то, чего была лишена я.

Я ведь всю жизнь жила с родителями в обшарпанной общаге, только недавно они смогли купить себе нормальную квартиру, и то, совсем крохотную. Я никогда не купала в роскоши, всегда с завистью и грустью смотрела на хорошо одетых подруг, соседок, одноклассниц.

В какой-то момент я подумала, что Максим предлагает дело. Что, если оно выгорит, Матвей будет жить в роскоши. Не так убого, как я.

Но чуть погодя я передумала.

Конечно, растить ребенка в нищете я бы себе никогда не позволила. Еще будучи подростком, я дала себе слово, что мои дети будут жить намного лучше, чем я. И я держала свое слово.