Реквием в Брансвик-гарденс

– Нет, я не ссорилась с Томасом, – непринужденным тоном возразила она. Это было верно пусть не буквально, но в том смысле, который подразумевала бабушка. Впрочем, Шарлотта не сказала бы ей правды даже в том случае, если бы Питт побил ее.

– Видно, лучшего занятия не нашла! – отпарировала старая леди.

Ее гостье очень хотелось сказать, что лучших дел у нее целая уйма и что явилась она исключительно из чувства долга, однако она решила, что так не добьется своей цели, и потому воздержалась от возражений.

– Не нашла – в данный момент, – ответила молодая женщина.

– И нет никаких преступлений, в которые можно сунуть нос? – Ее пожилая собеседница приподняла брови.

– Вульгарный поступок, на мой взгляд, – объявила старая леди. – Все они развращены, все ищут одобрения ничего не смыслящей публики. Правительство должны составлять джентльмены, рожденные руководить, а не люди, случайно выбранные массами, не имеющими никакого представления о том, что означает власть.

Она поставила перед собой свою палку, скрестила руки на набалдашнике, подражая манере, которую задала королева, и объявила:

– Я против выборов.

Они во всех пробуждают худшие стороны. А тем более я против того, чтобы голосовали женщины – это вообще ужасно! Приличная женщина попросту не захочет голосовать, потому что она не знает, на чем основывать свое суждение. А кто останется… кому нужно, чтобы участь нации оказалась в руках шлюх и этих… «новых женщин»? Правда, может быть, это одно и то же.

– Он стал церковным служителем, бабушка, а не министром в правительстве, – поправила Шарлотта.

– Ох! Ну, это уже лучше. Впрочем, не имею представления о том, как он намеревается содержать Эмили на церковные деньги… – Пожилая дама улыбнулась.

 – Ей придется забыть о модных нарядах, правда? Впредь никаких шелков и атласов. И этих кричащих расцветок.

Перспектива эта явно вселяла в нее удовлетворение.

– Я про Доминика, бабушка, а не про Джека, – принялась объяснять ей внучка.

– Про Доминика, который был женат на Саре, а не про мужа Эмили.

– Тогда почему ты мне этого сразу не сказала? Доминик? Тот самый Доминик, в которого ты так влюбилась?

Шарлотта с трудом сдержала себя:

– Теперь он священник.

Старая леди поняла, что попала в цель.

– Ладно-ладно! – вздохнула она. – Не бывает человека праведнее, чем раскаявшийся грешник. Стало быть, впредь никакого флирта с ним, так? – Старушка блеснула черными глазами. – И что же довело его до такой жизни? Что случилось? Неужто книги свои потерял? Или что-нибудь подцепил? – Она кивнула. – Поживи с мое, всего насмотришься! – Тут глаза ее подозрительно сузились: – А как ты это узнала? Разузнавать о нем отправилась, так?

– Он оказался знакомым женщины, смерть которой Томас сейчас расследует.