Реквием в Брансвик-гарденс

Ты не способна признать истину! Ты готова отправить на виселицу собственного брата, чтобы только не знать правду. Ты так и не простила его, потому что считаешь, что ему предоставили те же возможности, которые могли бы представиться и тебе, и тогда ты распорядилась бы ими лучшим образом. Ты никогда не стала бы разочарованием для отца… Легко так думать, когда тебе не пришлось чего-нибудь добиваться и вообще что-то делать!

Кларисса прикусила губу. Доминик видел, что она сохраняет спокойствие ценой огромных усилий… и даже, быть может, что она была слишком потрясена, чтобы отыскать нужные слова.

Подобная ярость казалась едва ли не материальной.

Трясло и самого Кордэ – как если бы на него напали. Он вмешался в ссору без особых раздумий. Его аргумент не имел никакого отношения к разуму и нравственности и был продиктован скорее гневом и желанием защитить Клариссу. Он повернулся к ее сестре:

– Все, что ни происходило бы в вашей школе, не имеет никакого отношения к Юнити! Кто бы ни сделал ей ребенка, это в любом случае не Кларисса. Вы сердитесь, потому что считали, что Юнити делилась с вами всем – но оказалось, что это неправда.

Она умалчивала о вещи абсолютно фундаментальной. – Священник ощущал, что вступает на чрезвычайно опасную территорию, но тем не менее сделал это. – Вы чувствуете себя оскорбленной, потому что она настолько не доверяла вам, и поэтому пытаетесь обвинять всех кругом.

Трифена обернулась к нему с пылающими глазами.

– Не всех! – многозначительно объявила она. – Я знала ее настолько, чтобы понять простую вещь: она не стала бы шантажировать никого из вас. Она не стала бы опускаться до вашего уровня. Ни у кого из вас не было того, что ей было нужно.

Она презирала вас! И не стала бы… пачкаться!

– Ну, конечно, – со злостью процедила сквозь зубы Кларисса. – Грядет Второе Пришествие с Новым Непорочным Зачатием… Но если бы ты немного поинтересовалась теологией, если бы ты училась так же хорошо, как Мэл, не говоря уже обо мне, то узнала бы, что в следующий раз Господь спустится к нам с небес, а не родится. Даже у Юнити Беллвуд!

– Не говори глупостей! – возмутилась миссис Уикхэм. – И не богохульствуй! Может, ты и изучала теологию, но об этике не имеешь ни малейшего представления.

– A ты – о любви! – парировала ее сестра.

 – Твое дело – истерика, самолюбование и навязчивые идеи.

– А ты сама-то хоть кого-нибудь любила? – рассмеялась Трифена, теряя контроль над своим голосом. – Юнити знала, что такое любовь… страсть и предательство… и жертва! Она больше любила в своей, как оказалось, короткой жизни, чем суждено тебе за все отпущенные годы. Ты только наполовину жива. Ты жалка и полна зависти. Я презираю тебя.

– Ты презираешь всех, – отозвалась Кларисса, прихватывая зашевелившуюся под ветром шаль.