Реквием в Брансвик-гарденс

 – Он больше не пребывает в реальности…

Он не смог продолжить… Из дома донесся и сразу оборвался тонкий и высокий крик.

Оба мужчины замерли на месте, ожидая услышать его еще раз.

Но вокруг только журчала вода.

Мэлори судорожно сглотнул, выругался и неуклюже вскочил на ноги, сбросив локтем на пол требник.

Доминик бросился за ним по мощенной кирпичом дорожке, ведущей к холлу. Распахнув дверь настежь, Мэлори оставил ее открытой и бросился по черно-белой мозаике к открытой двери гостиной. Кордэ следовал за ним по пятам.

Внутри, в одном из кресел обнаружилась съежившаяся комочком Вита. Кокетка ее темно-серого платья была залита кровью, потеки которой спускались на юбку. Окровавленными оказались ее плечи, руки… даже ладони были в крови.

На полу лежала потерявшая сознание Трифена, которой некому было помочь. Наверное, кричала именно она.

Кларисса стояла перед матерью на коленях, держа ее за руки. Обе они дрожали. Миссис Парментер пыталась заговорить, однако не могла набрать воздуха в грудь и только всхлипывала и рыдала.

– O боже! – Мэлори словно врос в землю. – Мама! Что случилось?! За доктором послали? Принесите бинты… воды… чего-нибудь!

Он инстинктивно повернулся к Доминику. Тот нагнулся к Клариссе и взял ее за плечи.

– Дайте нам посмотреть, моя дорогая, – осторожно проговорил он. – Чтобы остановить кровь, нам надо найти рану.

Мисс Парментер против воли, все еще дрожа, поднялась на ноги с помощью брата, вцепившегося в нее так, что костяшки его пальцев побелели. К лежавшей на полу Трифене никто так и не подошел.

– Позвольте мне взглянуть, – приказал Доминик, посмотрев на белое как мел лицо Виты.

– Я не ранена, – едва слышно прохрипела та. – Во всяком случае, не сильно. Наверное, одни синяки. Не знаю. Однако… – смолкнув, она посмотрела на залитое кровью платье, словно увидела его впервые, а потом перевела взгляд на священника: – Доминик… Доминик… он попытался убить меня! Мне… мне пришлось защищаться! Я хотела всего только…

Трясущаяся женщина сглотнула, пытаясь преодолеть едва не удушивший ее спазм, и Кордэ пришлось поддержать ее, пока к ней не вернулось дыхание.

– Я просто хотела отбиться… так, чтобы можно было уйти. Но он совсем обезумел! – Миссис Парментер подняла правую руку, на которой вокруг запястья остался отпечаток кровавой ладони. – Он вцепился в меня! – Она казалась удивленной, словно до сих пор не могла поверить в случившееся. – Я… – Она снова глотнула. – Я сумела дотянуться до ножа для бумаги. Я подумала, что если сумею ударить его в руку, он выпустит меня, и я сумею спастись. Глаза ее, круглые и почти черные, были обращены к священнику. – Он дернулся… дернулся, Доминик! Я только хотела уколоть его в руку.

– Он дернулся! – повторила хозяйка дома.