Реквием в Брансвик-гарденс

– Может, его нужно полить? – предложил ребенок.

– Не надо, я думаю, хватит дождя, – отозвался его отец, прежде чем тот успел шагнуть за водой.

– Тогда что же мне теперь делать? – спросил Дэниел.

– Обложи-ка корни компостом. Тогда растение согреется и получит еду.

– В самом деле? – Мальчик посмотрел на него с надеждой.

Так они проработали почти до семи вечера, после чего дети отправились сперва ужинать, а потом в горячую ванну, необходимую продрогшим малышам. Томас снял садовый наряд и отправился в гостиную. На ужин был подан зажаренный до хруста вчерашний картофель с капустой и луком вместе с холодной бараниной, под кисло-сладким индийским соусом чатни из прошлогоднего ревеня, за которым последовали яблочный пирог с хрустящей корочкой и сливки.

Примерно без четверти девять Шарлотта взяла последнее письмо Эмили.

– Прочитать тебе? – предложила она. Ее сестра не отличалась разборчивым почерком, обретавшим истинно новаторские черты с ростом ее энтузиазма.

Суперинтендант улыбнулся, устраиваясь поудобнее в кресле и готовясь получить удовольствие, если не от реальных путешествий, то, во всяком случае, от комментариев свояченицы к ним.

Миссис Питт приступила к чтению:

Шарлотта улыбнулась мужу, глядя поверх письма.

– Совершенно в духе Эмили, – проговорил тот с глубоким удовлетворением.

– Надо написать ей. – Миссис Питт сложила листок и поместила его в конверт. – Вот только у меня нет для нее интересных новостей. Быть может, рассказать им об этой трагедии? И конечно, я расскажу ей о Доминике… Не думаю, что это нужно скрывать.

– Да, напиши ей о бедном Рэмси Парментере, если хочешь, – согласился суперинтендант. – Вреда от этого не будет. A Эмили, если потребуется, будет руководствоваться собственным мнением…

Упоминание о Парментере заставило его вспомнить о блокноте священника. Записи в нем пока не складывались во что-то осмысленное, однако они, безусловно, имели смысл – во всяком случае, для самого Рэмси. Впрочем, это ничего не значило. Дело было закрыто. Но Питт не был готов к отдыху до тех пор, пока не сделает все возможное, чтобы осознать причину постигшей его неудачи. Как иначе разжиться мудростью, чтобы не ошибиться в следующий раз?

Шарлотта с любопытством посмотрела на супруга, оторвавшись от письма.

– Передай мой привет Эмили, – предложил он.

– Передам. А что ты читаешь?

– Записную книжку Рэмси Парментера.

– И что там написано? Это что-нибудь объясняет?

– Совсем ничего. Я даже не улавливаю смысла – одни только странные слова и фразы.

– Он что-то пишет о «мастере» и «звонаре», звуках колоколов и живых мертвецах… Должно быть, какая-то метафора.

Миссис Питт улыбнулась:

– Конечно, реальностью тут, надеюсь, не пахнет!

– Наверняка метафора, – согласилась молодая женщина.