Реквием в Брансвик-гарденс

Это был вполне обаятельный молодой человек с гладкими и темными волосами и правильными чертами лица, которое легко могло принимать приятное или угрюмое выражение.

– Отец находится сейчас в своем кабинете, – ответил он. – Естественно, он глубоко расстроен случившимся и предпочел какое-то время провести в одиночестве. Если вам нужна какая-то помощь, я сделаю все возможное…

– Благодарю вас, сэр, – проговорил Корбетт, – однако, на мой взгляд, нам больше незачем вас задерживать. Не сомневаюсь в том, что вы предпочтете сейчас находиться со своими родными.

Вежливая формулировка.

Младший Парментер помедлил, глядя на Томаса. Он явно не хотел уходить, словно в его отсутствие могло произойти нечто такое, что он сумел бы предотвратить. Посмотрев на неподвижную фигуру на полу, молодой человек беспомощно проговорил:

– А нельзя ли снова прикрыть ее… сделать что-нибудь?

– После того как суперинтендант увидит все, что сочтет нужным, мы увезем тело в морг, сэр, – ответил ему Корбетт. – Предоставьте нам право сделать это.

– Да… да, наверное, вы правы, – сдался Мэлори. Развернувшись, он прошел по роскошному полу и исчез за украшенной резьбой дверью.

Корбетт повернулся к Томасу:

– Простите, мистер Питт. Дело выглядит не слишком красиво. Вы, конечно, захотите лично переговорить со свидетелями. Это миссис Парментер, камердинер и горничная.

– Да. – Суперинтендант бросил последний взгляд на Юнити Беллвуд, фиксируя в памяти ее позу, лицо, густые волосы цвета светлого меда и крепкие ладони, ныне бессильные, но с длинными ухоженными пальцами. Интересная женщина. Однако, скорее всего, ему не потребуется много узнавать о ней, как это бывало в большинстве дел. Предстоящее расследование казалось сейчас прискорбно ясным, безысходно трагичным и, быть может, трудным для представления в суде. Томас повернулся к Телману, стоявшему в паре ярдов за его спиной:

– Лучше сходите-ка и поговорите с остальными слугами. Проверьте, где все они находились, что видели и что слышали. Еще попробуйте узнать, какая субстанция оставила пятно на ее домашней туфле. И ведите себя сдержанно. Пока совершенно ничего не ясно.

– Да, сэр, – с недовольным выражением на лице отреагировал Телман и направился прочь, чуть покачивая упрямыми плечами на каждом шагу, словно бы готовясь к драке. Это был трудный человек, но внимательный, терпеливый и никогда не пугавшийся любого вывода, каким бы неприятным ему лично он ни казался.

Питт снова повернулся к местному инспектору:

– Я хочу поговорить с миссис Парментер.

– Она в гостиной, сэр. Это туда. – Корбетт указал на другую сторону холла, где под белыми столбами находилась другая резная дверь.