Рецепт счастья неправильной женщины

Как только все съел, мама поставила передо мной на стол термос. – Вот тебе на ночь. Чай сладкий. С шиповником.

- С того, что ты мой сын. – Перебила родительница. – Ты на Максимку очень похож. И он бы от меня ни на шаг в такой ситуации не отошел. – Пояснила она.

Я только кивнул, принимая ее аргумент. Поднялся и, прихватив термос, направился на выход. Пока одевался, из спальни выглянул Димка.

- Тебя отвезти? - Я что, настолько очевиден?

Покачал головой, и вышел из квартиры. На парковке уже стояла машина Олега. Подошел к ней и уселся на переднее сиденье:

- Почему все знают, что я к ней поеду? – Задал я вопрос, вместо приветствия.

Друг коротко усмехнулся.

- Серый, ты же на нее надышаться не можешь.

- А чего ты мне тогда мозги выносил? – нахмурился я.

- Да потому что душить заботой и слышать человека, разные вещи, - выдал он.

- Умные все стали! – Проворчал я, наблюдая за дорогой. – Что дядя Кеша сказал? – Перевел тему.

- Что одному его знакомому фармацевту очень требуется крыса для проверки некоторых препаратов. – Ухмыльнулся Черепанов.

- Жестоко. – Выдал я.

- А я говорил: давай сразу пристрелим. – Отозвался друг.

- Ладно. Пару лет поработает, а там, если все нормально, отправят на курорт какой-нибудь в Африку, чтоб не отсвечивал. – Махнул я рукой.

В больнице на меня никто не обратил внимание. Даже те двое парней, что стояли у дверей палаты, сделали вид, будто здесь никто даже рядом не проходил. Олег остался и сменил одного из охранников, отправив того спать. А то все вымотались за эти дни, работая на пределе возможностей.

В палате царил полумрак, рассеиваемый лишь небольшой лампой над монитором. Сеня лежала на кровати: бледная, замученная, с синими кругами под глазами, черные волосы растрепаны вокруг лица, щеки впали.

Я никогда ее такой не видел, и надеялся, что больше не увижу. Быстро подошел к кровати, сел на стул рядом и притронулся к ее руке. Прохладная какая. Взял ее ладошку и прижал к своим губам, пытаясь хоть так дать ей немного тепла.

- Так и знал, что придешь. – Раздался голос Виталия Петровича за моей спиной. Я даже не вздрогнул, до такой степени задолбался бояться за эти дни. И отвечать я не стал, не смог оторваться от руки Есении. – Чего молчишь-то? Ну, не хочешь говорить, не говори. Слушай тогда.

– Он громко прокашлялся. – Ты это, когда она завтра очнется, не ругай ее. Понял? Я тут парней твоих допросил, что да как, так что в курсе событий. Вы ее вовремя привезли. Еще бы полчаса, и все. Там был бы разрыв и очень быстрый перитонит. – Вот после этих слов у меня вся жалость к этому Глебу пропала по поводу его дальнейшей судьбы. Глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Сенькин запах, пусть и с примесью лекарств, очень помогал. – И постарайтесь не беременеть в ближайшие полгода. Организм восстановиться должен.