Роспись по телу

Я боюсь вас, страшно боюсь…

Она говорила не по сценарию. Она все испортила.

– Валяй снимай свои очки. Я не зверь. Я уже ко всему привык. В крайнем случае, подышу свежим воздухом, пока за мной не приедут.

Юля сняла очки и косынку. Поправила волосы.

– Земцова? – Нодень от удивления даже рот открыл. – Ни хрена себе! Нет, мне это снится? Что ты здесь делаешь?

– Вы бы лучше спросили, как мое самочувствие, как мой живот… Как вы тогда говорили: подними платье? Поднять?

– Думаю, что на тебе, как на кошке, все зажило. Какие проблемы? Зачем ты все это устроила? Говори. Я думаю, у тебя не так много времени. А то эти, – он махнул в сторону дороги, по которой укатила «Волга», – приедут… Сколько ты им отвалила, чтобы они привезли меня сюда к тебе на свидание?

– Неважно. Но время у нас есть. Много. Три часа.

– Здесь стога, а что за ними?

– Моя машина, если честно. Пожалуйста, пойдемте со мной в машину, я должна вам кое-что показать.

Нодень покорно, как и подобает заключенному, пошел за ней к машине. Даже сел в нее. И в очередной раз удивился, когда она стала просто катать его по полю, петляя между стогами. Наконец вернулась на прежнее место, вышла из машины, открыла багажник и достала оттуда кусок арматуры.

– Земцова, у тебя что, крыша поехала? Что ты задумала, черт тебя подери?

– Я хотела, чтобы вы убедились в том, что вокруг нас нет ни единой души. А теперь проткните каждый стог, чтобы проверить, что и там тоже никто не прячется.

– Больная, – Нодень покрутил пальцем у виска. – С чего это? Я тебе и так верю. Дальше-то что?

– Вы не хотели бы немного поплавать? Вода еще не очень холодная…

– Да пошли, – он, пожимая плечами, широким шагом двинулся к воде. Разделся и, оставшись в семейных линялых трусах, спустился к воде и вошел в нее, зябко передернув всем телом. Затем повернулся: – А ты?

Юля, краснея, тоже сняла с себя платье и последовала за ним.

– Знаете, я не очень хорошо плаваю, поэтому вы уж посматривайте, чтобы я не утонула.

– Понятно, – он кивнул головой, словно понимая, с какой тяжелобольной в психическом плане имеет дело. – Не боись.

Юля поплыла. Вода была ледяная и обжигала тело. Нодень плыл с удовольствием, широко и резко взмахивая руками и разрезая зеленоватую воду. Фыркал, отплевываясь, уходил с головой под воду, словом, вел себя как человек, истосковавшийся по таким простым человеческим удовольствиям.

– Здесь на дне реки зарыт клад, и ты хочешь попросить меня, чтобы я поднял его? – усмехнулся он, помогая ей вылезти из воды на берег и ополоснуть грязные ступни.

– Да нет здесь ничего. Я совсем для другого вас пригласила. Александр Владимирович, посмотрите, пожалуйста, на меня.

Она стояла, посинев от холода и дрожа всем телом. Белое трикотажное белье ее стало прозрачным, и Нодень захохотал.