Роспись по телу

Он ведь в годах, к тому же на улице такая жара… Я думаю, что у него либо инсульт, либо инфаркт, больше ничего сказать не могу. Я собиралась вызвать «Скорую», но тут позвонил ты.

– Дура! – Гамлет принялся судорожными движениями укладывать свои банки-склянки в пакет. – Нужно дергать отсюда. Я не хочу влипать с тобой… Деньги заберу, они ему все равно больше не понадобятся… (Он взял конверт и сунул себе в карман.) Извини, но в инструкции не сказано, что я должен с тобой делиться…

– Это твое дело, деньги меня не интересуют…

– Да, конечно, – усмехнулся он, звеня инструментами. – Настолько не интересуют, что ты приволоклась сюда, к этому старому козлу, чтобы спать с ним, и даже согласилась, чтобы изрезали твой зад…

– Дура! Сама довела его до инфаркта, а потом придумала этот звонок… Давай дергай отсюда. И договоримся: мы с тобой незнакомы, ни ты меня не видела, ни я – тебя. И еще. Постарайся уничтожить отпечатки своих пальцев, если не хочешь вляпаться в это дерьмо… Может, я и на самом деле обидел тебя и никакая ты не шлюха, но уже то, что ты оказалась в этой квартире, в этом вертепе, говорит о многом… Михаил Семенович был не простым пенсионером. И не дай бог тебе что-нибудь о нем узнать. Тебя как звать?

– Ну и черт с тобой. Просто я хотел тебе сказать, что ты – пятая по счету, которой я должен был сделать шрам. Больше ничего сказать не могу. Чао-какао!

К себе Женя Рейс взлетела как на крыльях: она считала, что ей крупно повезло, что из всей этой странноватой истории с Михаилом Семеновичем ей удалось выйти, что называется, сухой. И без шрама.

14. Фанфары, звучащие в голове гел

На следующий день Земцовой в агентство позвонил Чайкин.

– Ты помнишь о шраме Уткиной? – спросил он, забыв поздороваться.

– Ты можешь мне, конечно, не поверить, но этот шрам меня заинтересовал. Я, конечно, не следователь, мне до вас далеко, но я вот тут пораскинул мозгами и вспомнил, что одна девица в пивном баре, куда я иногда захожу выпить кружку-другую «Балтики», рассказывала одному парню о том, что ее приятель – хирург, но специализируется в последнее время на шрамах.

– Леша, по-моему, ты перегрелся на солнышке… Я же видела этот шрам, ничего особенного.

– Но ты все-таки найди эту девицу, ее зовут Рита, она постоянно ошивается в этом баре, ее там все знают. Бар называется «Желтый дракон», это через дорогу от моего дома.

Юля посмотрела на дверь, за которой варила кофе Наташа Зима, и откинулась на спинку кресла. Работать не хотелось, да и непонятно было, с чего начинать. Девушку убили, убийца на свободе, а под стражей находится парень, которого она должна спасти от тюрьмы. Но как? Жара плавила мозг, мешала сосредоточиться.

Позвонил Игорь Шубин.