Роспись по телу

Женя Рейс уходила от него в надежде найти приличное место и начать новую жизнь. И вот тут-то Корнетов использовал все свои связи, чтобы ни одна строительная контора в городе, ни один институт, ни одно заведение, где бы могла быть востребована талантливая Рейс, не приняли ее на работу. На его счастье, почти все крупные проектные и строительные организации города подчинялись одному и тому же влиятельному человеку, которому ничего не стоило одним звонком разрушить все планы и надежды одинокой молодой женщины. И Корнетов, напоив этого замминистра, рассказал ему душераздирающую историю любви, выставив самого себя в качестве жертвы. И мужчины поняли друг друга и даже обнялись, поклявшись в вечной дружбе, после чего и сотворили свое черное дело по отношению к Рейс. И вот теперь, когда эта история оказалась почти забытой, ему захотелось увидеть Женю здесь, в его сегодняшней реальности, среди его друзей, за этим столом и тоже голую, как и эти две наивные дуры, полагавшие, что их обязанности секретарш ограничатся лишь канцелярией и варкой кофе. Но заманить сюда такую женщину, как Женя, было делом непростым. Но тем больше ему хотелось этого. И тогда он, предупредив друзей, что ему надо отлучиться на полчаса, оделся и поехал к Жене домой. Его вез Алексей. Всю дорогу мужчины не перебросились ни словом.

Корнетов догадался посмотреть на часы, только когда уже поднялся и позвонил. Было половина первого ночи.

Женя, которая с трудом уснула после тяжелого дня, омраченного смертью Михаила Семеновича, услышав ночной звонок, мгновенно проснулась. Мысль о том, что это пришли за ней, чтобы взять у нее показания, как у свидетельницы, а то и арестовать ее по подозрению в убийстве или причастности к смерти Бахраха, забила набат в ее сонной и больной голове. Она поднялась с постели и на цыпочках подошла к двери. Ее всю трясло.

– Кто там? – спросила она и замерла, ожидая услышать чужие, казенные голоса.

– Женя, это я, Михаил. Открой, прошу тебя… Я ушел от жены, я больше не могу, умоляю, прости меня… – пел серенаду Корнетов, в душе поражаясь собственной находчивости и храбрости. Заявиться вот так, ночью, к своей бывшей любовнице и объясниться ей в любви… Лучшего плана, чтобы заманить ее за бетонный забор, и не придумаешь.

И Женя, услышав родной голос, распахнула дверь. Кинулась в объятия Корнетова и залилась слезами. Это были не слезы любви, как подумал ее бывший любовник, а слезы облегчения, но в тот момент это ничего не меняло.

– Женечка, ты моя хорошая, как же я соскучился по тебе, как же мне не хватало тебя все это время. Я не знаю, простишь ли ты меня, но с прошлой жизнью покончено. Мы с тобой заживем по-новому, счастливо.