Сборник "Игрок"

Поэтому, вернувшись в Валлион, я, вопреки здравому смыслу, не отправилась в город, дабы наслаждаться там заслуженными лаврами, а отыскала тихое место в самой глуши необъятных лесов и бесследно исчезла, ничем не потревожив покой Вольных земель. Не нежилась в теплой постели, ожидая горячего завтрака и теплой улыбки какого-нибудь ловеласа, а грела свои несчастные кости на сухом валежнике, кое-как прикрытом старым Айниным одеялом. Каждое утро с рассветом вставала, проклиная про себя день и час, когда решила учиться у Теней. И настойчиво напоминала себе, зачем и для чего это делаю, чтобы не психануть, не сорваться и не послать все это обучение к Айдовой матери.

Да, теперь у меня была собственная пещера – небольшая, узкая (шагов пять в длину и всего два шага в ширину), жутко неудобная из-за низкого потолка и шершавого, царапающего ноги пола. Зато она была теплой, сухой, в нее почти не задувал ветер. А вечный полумрак в дальнем углу, где я устроила некое подобие лежака, разбивался слабыми солнечными лучами лишь на рассвете, когда солнце только-только вставало на горизонте и игриво заглядывало на живописный холм, где скромно приютилось мое новое жилье.

С едой, как ни странно, проблем не возникло: хранители по очереди навещали свою стукнутую на голову Хозяйку, чтобы принести ягод, грибов, ароматных травок к ужину. Мясом исправно снабжал шейри, который за последнее время научился сносно охотиться. Да и лесное зверье частенько баловало меня то сброшенной прямо с небес рыбой (пролетающие птицы за это каждый раз получали в ответ шутливое махание кулаком с просьбой не ронять больше добычу мне на голову), то подкинутой к самому входу тушкой остроуха (волки наверняка постарались или лисы местные, которых я упорно называла именно так, хотя на лис эти проворные бестии с совиными глазами были совсем не похожи).

Иногда прилетали мелкие птички, аккуратно складывая перед голодающей Иштой мелкие, но очень сытные орехи. Когда-то удавалось найти в кустах заботливо выкопанные кем-то клубни, в вареном виде напоминающие картошку… в общем, заботились обо мне всем миром. И делали все, чтобы на хозяйственные дела я отвлекалась как можно меньше.

С одеждой было хуже – кроме заветных джинс, которые я упрямо берегла, у меня в запасе имелись лишь две потрепанных жизнью рубахи, у одной из которых я умудрилась испоганить левый рукав, плюс та, красивая, купленная по случаю заботливым Мейром.

Еще штаны – старые, надеваемые каждый день на тренировки, и новые, к которым я из соображений скупой бережливости еще ни разу не притронулась. Была также нелепая шапка, подаренная все той же Айной и практически никогда не используемая. Были ненавистные портянки, которые я уже замучилась стирать и перестирывать.