Сборник "Игрок"

Перехватив выжидательно-цепкий взгляд Дагона, я заставила себя милостиво улыбнуться. Призвав на помощь всю свою выдержку, вежливо кивнула.

— Благодарю вас, сударь. Это будет действительно кстати.

Двинулись мы довольно странной кавалькадой: впереди я, пешая и вся из себя независимая, на шаг в стороне — эрхас, ведущий в поводу своего вороного красавца, затем те двое, что держались как телохранители, и, наконец, остальные шестеро типов, про которых я вообще ничего не знала. Кроме того, что они каким-то боком относятся к Дагону и имеют знатное происхождение, раз оказались приглашены на благородную охоту.

Были они местными? Были они гостями господина эрхаса? Не знаю. Я даже их лиц почти не разглядела — воины все как один носили шлемы и упорно делали вид, что ничего странного не происходит. Однако именно это позволило мне сделать вывод, что они принадлежат скорее свите Дагона, чем вышли просто проветриться. Было бы это не так, кто-нибудь непременно задал мне пару напрашивающихся вопросов, а они ни слова не проронили и пристроились в арьергарде, как самый настоящий конвой. За исключением одного-единственного человека, на которого я, разумеется, тут же стала коситься с подозрением.

Мужчина был довольно молод — примерно слегка за тридцать или чуть меньше. Темноволосый. Суровый. Лицо — как из дерева вырубленное: по такому вряд ли что поймешь. Гладко выбритый подбородок, тяжелые надбровные дуги, проницательные карие глаза, словно невзначай спрятавшиеся за непослушной курчавой челкой. Волосы тоже короткие, густые, взлохмаченные встречным ветром. На левой щеке виднеется старый, пометивший ее от виска до самой шеи, шрам. Рост у всадника определить сложно.

Но одет хорошо, с претензией на превосходство — в подбитую бархатом куртку, мягкие полотняные штаны, тонкую льняную рубашку (не в пример лучшего качества, чем была на мне) и такие же высокие, как у эрхаса, добротные сапоги. Вроде бы ничего экстраординарного, никаких колец на пальцах, браслетов или тяжелых перстней, однако сразу чувствуется — человек знает цену себе и вещам, которые носит. Причем одет с той обманчивой небрежностью, которая всегда выдает хороший вкус. А вкус, как известно, в трущобах не рождается, соответственно, незнакомый воин был как минимум в неплохом армейском чине. А как максимум — вполне мог представлять собой того самого «гостя» эрхаса, который мог позволить себе ехать отдельно от всех остальных и держать на плече ручного хорька. Ну, или нечто, очень похожее на хорька. Достаточно, сказать, что зверек имел тонкое гибкое тело ласки, забавную треугольную мордочку с очень большими глазами, непропорционально большие уши и густой темно-коричневый мех, делавший его похожим на мохнатую колбасу на лапках.