Семь порочных дней

- Боже, нет! Ни в коем случае!

Обшаривая взглядом красивое, милое лицо Минервы, он подумал, что после ночи любви с этой девушкой в его душе что-то словно наконец исправилось.

- Ну так в чем же дело? О чем же вам тогда размышлять?

Она села в постели. При этом одеяло сползло ей на бедра.

У Колина захватило дух. Проклятье! Минерва выглядела точно так, как в их первую ночь. Ее очки соскользнули на кончик носа, распущенные волосы разметались по плечам, обнаженная грудь искушала своим совершенством, манила дотронуться.

- Я думаю о том, - заявил Колин, - что случившееся прошлой ночью было неизбежно. И мне следовало понять это еще в тот день, когда мы покинули Спиндл-Коув. Я думаю, что как джентльмен я должен немедленно прекратить это путешествие и начать срочные приготовления к свадьбе. - Минерва попыталась что-то возразить, но он прижал палец к ее губам. - Я думаю о том, что мне хочется опрокинуть вас на постель, запереть дверь и провести следующую неделю, изучая ваше тело с головы до ног. Но больше всего, Мин... - Пэйн поправил ее очки, что она могла отчетливо видеть его лицо. - Но больше всего я думаю о том, что дал вам два обещания: доставить вас на симпозиум и не соблазнять вас. Одно из них я уже нарушил. Но второе, черт побери, твердо намерен исполнить. - Он встал с кровати и протянул руку собеседнице. - Так что, полагаю, этот разговор мы должны отложить - нам нельзя терять время зря.

Озадаченно покачав головой, Минерва взяла его за руку.

В кожаном ведре, найденном среди пастушьего скарба, Колин принес воды из протекающего неподалеку ручья. Пока Минерва мылась в хижине, Пэйн прямо в рубашке вошел в холодный ручей. Всё равно рубашку пора уже постирать, а ледяная вода поможет собраться с мыслями и заодно утихомирит похотливые чресла. Прошлой ночью он лишил мисс Хайвуд девственности, а затем еще раз овладел ею утром. Он нарушил все свои правила, отверг те немногие принципы, которые еще у него оставались. И неважно, какие возражения привела Минерва и о каких его же собственных глупых словах напомнила. Совесть Колина настаивала на том, что есть лишь один выход: он должен жениться на этой девушке.

"Но сперва я доставлю ее на симпозиум, - думал Пэйн. - Она не желает выходить замуж только потому, что я ее обесчестил. Но и я не хочу жениться на мисс Хайвуд лишь по этой причине. Нет, она должна захотеть стать моей женой потому, что я помогу ей добиться триумфа в ученом мире, докажу и Минерве, и себе, что могу быть ей полезен".

Он окунулся с головой в воду, а в его мозгу между тем возникли предательские, неясные сомнения. Воистину, дорога до Эдинбурга вымощена благими намерениями (53). Но отбросив колебания, Колин вынырнул и отер воду с лица. На этот раз всё будет по-другому. Сегодня вообще всё было не так, как обычно.