Семь порочных дней

- Не могу поверить, - выдохнула она, обращаясь, скорее, к себе. - Не могу поверить, что вы испытываете на мне свои чары.

- Ничего подобного. Я просто излагаю факты. Они вам не нравятся? Коли уж вы лелеете мысль заставить меня отправиться в эту поездку, вам следует знать мои условия. Я не езжу в экипажах, а значит, весь день буду скакать верхом. Я не смогу этого делать, если хорошенько не высплюсь. А в одиночестве я не в состоянии уснуть. Ergo (18) вам придется разделить со мной постель. Если только вы не предпочитаете, чтобы я на каждом постоялом дворе находил себе какую-нибудь служанку.

На Минерву нахлынула волна отвращения:

- Если честно, я и сам не в восторге от этой мысли. Лет пять назад я бы счел отличным времяпрепровождением путешествие по Большой северной дороге (19) с такими ночевками. Но теперь эта мысль уже не так меня впечатляет. - Он прочистил горло. - Сегодня я, скорее, ищу покоя и даже не сплю с половиной из тех женщин, что оказались в моей постели, если вам ясно, о чем я.

- Но это же бессмыслица какая-то, - удивилась собеседница.

- Вам и не обязательно понимать. Господь свидетель, я и сам этого не понимаю.

Она села рядом с Колином, опершись на стену. Руки их соприкоснулись под одеялом. Даже через такой незначительный контакт ощущалось беспокойное состояние виконта. Тот пытался скрыть волнение, но после многих лет бдительного наблюдения за страдающей астмой сестрой Минерва умела различать малейшие признаки недомогания. Как можно не обратить внимания на хриплое дыхание и беспокойное сокращение мышц Пэйна, выдающие его отчаянное стремление покинуть это место?

Мисс Хайвуд была не из тех, кто отступает перед сложностями, не попытавшись разобраться. В конце концов, она ведь ученый.

- Это из-за пещеры? Или с вами такое каждую ночь?

- Вы говорите, это продолжается с самого детства. Со временем вам стало лучше или хуже?

- Я бы предпочел это не обсуждать.

Как жаль, что он так страдает! Но до чего же печально, что для облегчения мук Пэйн обратился к бесконечной череде женщин! Сама мысль об этом показалась Минерве отвратительной. Хотя и вызвала странную зависть, заставив слегка покраснеть под купальным костюмом.

На языке вертелся не дающий покоя вопрос, и она, не сдержавшись, задала его:

- Кто была та женщина, позапрошлой ночью? Это не имело бы значения, если бы не...

Если бы та особа, кем бы она ни была, не имела власть превратить жизнь Минервы в сплошной кошмар.

Немного помолчав, виконт нехотя ответил:

Минерва охнула. Она знала эту веселую молодую вдову, стиравшую белье постояльцев пансионата. Вероятно, та заодно оказывала услуги прачки - и не только - обитателям замка, но на сплетницу не походила.

- Она для меня ничего не значит.