Сердце полемарха (СИ)

- Добрый вечер, полемарх Алкей, - поприветствовала я его, поклонившись по-японски, чуть согнув спину.

- Как интересно ты кланяешься, - вместо приветствия ответил он, отвлекаясь от своих мыслей и поворачиваясь ко мне. - Ты вообще очень интересная, - добавил он загадочно и протянул мне туго смотанный свиток.

- Что это? - не спешила брать предложенное, спросила я, пряча руки за спину.

- Возьми, - вдруг улыбнулся он моей детской выходке. И что это за улыбка была! Красивые ровные зубы сверкнули в свете горящих многочисленных ламп, моё сердце на миг замерло, а потом бросилось вскачь, как сумасшедшее. - Думаю, тебе понравится.

- М-да? - усомнилась я, беря себя в руки, но голос всё равно предательски дрогнул. Подумав ещё немного, всё же взяла свёрнутый в трубочку пергамент.

Читала я также хорошо, как и говорила, поэтому понять смысл написанного не составило труда.

- Это что же получается? - прошептала я, не веря своим глазам. - Я теперь свободная гражданка Греции? - слёзы застили глаза, быстро их смахнув, посмотрела в такие всё понимающие глаза Геракла.

- Да, и вольны поступать со своей жизнью, как вам заблагорассудится, - спокойно, но очень тепло, ответил он мне.

- Спасибо, - не зная, что ещё сказать, я шагнула было к нему, но вовремя одумалась и замерла на месте.

- Гиатрос Аглая! - раздался голос со стороны мужского коридора, - почему вы не на рабочем месте? - в общую залу стремительно вылетел негодующий гиатрос Лазарус.

Мои слёзы мгновенно высохли! Всё раздражение, копившееся во мне столько времени, наконец-то нашло выход.

- Ах, ты! Мизогинист хренов! - вскричала я, мои уста не знали удержу, я так его обложила, что он, даже не понимая половины сказанного, покраснел, как рак! - Моё рабочее время закончилось два часа назад! Все больные вполне доживут до завтра и до следующего года и без моей помощи! Никто не давал тебе права распоряжаться мной, как вздумается! И пусть этнарх Менедем умер, я не стала твоей собственностью! Вот! Смотри, вот! - кричала я, тыча в опешившего от моего напора мужика, свитком, - документ, подтверждающий, что я теперь такой же гражданин, как и ты! Я теперь свободный человек! - припечатала напоследок и, резко развернувшись, стремительно понеслась на выход из асклепиона. Коричневые полы рабской туники яростно развевались позади, а я была счастлива! Как давно я не была настолько счастлива!

Выйдя за основные ворота лечебницы, замерла, глядя перед собой.

- И куда дальше? - тихо спросила саму себя.

- Да, мне вот тоже интересно, - тихо хмыкнул знакомый бархатный голос за спиной. Обернувшись, встретилась взглядом с Алкеем-Гераклом. Я и забыла о том, что он тоже был в общей зале и видел всю ту некрасивую, безобразную сцену. Стыд опалил щёки, но я ни капли не сожалела о сказанном Лазарусу.