Сердце полемарха (СИ)

Гиатрос Аглая должна была уже там находиться, он собирался обсудить с ней ближайшие планы и составить план действий. Полный воодушевления, Иринеос вошёл во внутренний двор асклепиона и стремительно пересёк двор, при этом не забыв коснуться пальцами тёплого алтаря Асклепия.

На периферии сознания мелькала мысль - что как-то тихо сегодня в лечебнице. Обычно тут хватает народа, спешащего по своим делам.

- Куда все запропастились? - едва слышно пробормотал он, входя внутрь здания. Тут из правого коридора вышел молодой жрец-асклепид, а заметив стоящего в центре залы Иринеоса, ошеломлённо замер.

- Светлого дня, гиатрос Иринеос! - жрец наконец узнал человека, возникшего перед ним.

- Утро доброе! - кивнул ему лекарь, - где все? Почему нет больных и жрецов-асклепидов, кроме тебя, я не вижу более никого. Что-то случилось? - жажда деятельности так и бурлила в гиатросе Иринеосе, он едва сдерживался, чтобы не промчаться по всему асклепиону в поисках людей.

- Гиатрос Лазарус на месте, да и мои братья-жрецы тоже здесь. Кто находится в абатонах, кто молится в своих комнатах. Сейчас к нам очень мало приходит больных. Точнее их практически и нет...

- Что? - вылупился на него Иринеос, - как больных почти нет? Все стали здоровыми?

Жрец-асклепид отвёл глаза, не желая рассказывать, но ему и не пришлось, в их разговор вмешался третий человек.

- Светлого утра, гиатрос Иринеос! - воскликну гиатрос Лазарус, выплывая в общий холл. - Как я рад, что вы вернулись!

- С чего бы? - скептически поднял брови Иринеос.

- Может у вас получится вразумить вашу помощницу гиатрос Аглаю, - словно не заметив отношения коллеги, продолжил говорить Лазарус. - Она забрала всех страждущих себе! Это неслыханная дерзость!

- Как так? - в голове старого лекаря не складывалась картинка: как рабыня, и не важно, что она гиатрос, может "забрать" всех больных к себе?! Лазарус точно сошёл с ума!

- Понимаю, вы были в отъезде, и наверняка ещё не в курсе, что гиатрос Аглая получила свободу и статус гражданина Греции. Теперь она вольна поступать по своему усмотрению. И вот, во что вылилась благодарность вашей помощницы - увела всех больных, а, значит, лишила дохода афинский асклепион! А мы ведь помогали ей во всём, ни в чём отказа не было! Вразумите гиатрос Аглаю, прошу по-хорошему! Пока я не обратился к этнарху Саймону, которого выбрали на место усопшего этнараха Менедема. Уж он-то быстро наведёт порядок во всём этом безобразии, что учинила ваша помощница!

От свалившихся на него новостей, гиатрос Иринеос ошалело уставился на Лазаруса, продолжавшего что-то ему доказывать, размахивая руками. Лицо Лазаруса пошло пятнами и выглядел он теперь очень неприятно.