Шестнадцать против трехсот

Оба офицера резко повернулись и увидели в десяти метрах сзади молодую женщину в легком летнем костюме.

— Узнал? А ведь мимо прошел, я сидела на лавочке, и внимания не обратил.

— Это ладно, но ты, и здесь?

— А что в этом удивительного?

Женщина подошла к офицерам.

Базанов недовольно взглянул на Ефремова. Никто не должен был знать фамилий и специальности офицеров группы. А тут в первый же день такая встреча.

Ефремов перехватил взгляд заместителя командира группы:

— Представляешь, Жень, жена, вернее, теперь вдова друга, с которым в училище учился, парой слов перекинуться разрешите?

Что мог сделать Базанов? Отказать? Как-то нехорошо. Да и если уж посторонний узнал офицера группы, то какой смысл запрещать. Только создавать условия для пересудов, а этого допускать нельзя. Это понимал и Ефремов, должен сориентироваться и не раскрыться.

— Хорошо. Раз уже встретились, поговорите, но недолго. Ты меня понял, старший лейтенант?

— Так точно, товарищ майор.

— Я у себя. Тебя жду через полчаса, плюс минус десять минут.

Он кивнул даме. Та ответила:

— Спасибо, товарищ майор.

Базанов направился к модулю. Женщина же предложила Ефремову присесть на лавку в тени платана, которые росли плотной стеной вдоль всей аллеи. И сейчас, с утра, создавали прохладную тень.

Ефремов согласился, и они присели на скамейку.

— Не ожидал увидеть тебя здесь, Оля, — сказал старший лейтенант.

— Это я заметила. Но что означает летная форма на тебе? Ведь ты же закончил десантное училище?

— Да, форма сейчас у нас похожа, но не в этом дело. Не пошла служба в десанте, неудачно прыгнул с парашютом, будучи уже офицером, командиром взвода, и при приземлении позвоночник повредил. Прыгать дальше медики запретили. Увольняться не хотел, пришлось менять специализацию. Так вот стал инженером ВВС, пройдя переподготовку в авиационно-инженерном университете.

— И теперь какое-то время будешь здесь служить?

— Нет, Оля, нашу группу инженеров и техников должны отправить в Шайрат, помогать сирийцам в ремонте и обслуживании самолетов.

— О господи, это в тот Шайрат, что обстреливали американцы?

— А если они еще раз нанесут удар?

— Не нанесут, но что обо мне? Как ты-то оказалась в Сирии?

— Добровольно. После медицинского университета, как Коля погиб, — она на секунду замолчала, — работала в госпитале Красного Креста. Предложили командировку, полетела. Все просто. Сейчас здесь формируется отряд для работы в Алеппо. Ожидаем борт с мобильным госпиталем. Как прибудет, так и отправимся к месту назначения.

— Известно, куда должны послать?

— В Алеппо. Но ты-то как? Женился?

— Так и не нашел свою любовь?

— Ясно. Когда вы убываете в Шайрат?

Ефремов пожал плечами:

— Точно не знаю, но думаю, уже сегодня.

— Жаль. Могли бы вечером встретиться.