Скай О`Малли

 — Я хотел бы жениться на Констанце и официально прошу у вас ее руки. Выражение лица Конда ничуть не изменилось:

— Это невозможно, лорд Бурк.

— Она с кем-нибудь обручена?

— Страдает неизлечимой болезнью?

— Тогда почему же вы мне отказываете? Я единственный наследник знатного обеспеченного человека. В Ирландии мой род по знатности не ниже вашего. У вас будут внуки.

— Я не обязан вам ничего объяснять, лорд Бурк. Я отец Констанцы и отказываю вам в вашей просьбе. Мое слово — закон.

Найл тяжело вздохнул:

— Не в том ли причина вашего отказа, что вы сомневаетесь в своем отцовстве?

Франсиско Гидадела побелел:

— Вы наглец, лорд Бурк.

Сейчас же оставьте меня. Я не собираюсь с вами этого обсуждать. Серебристые глаза Найла сузились.

— Нет уж, Конд, позвольте я вам расскажу, как провел сегодняшний день. Сегодня я наслаждался благосклонностью вашей дочери. Она вполне охотно отдалась мне, и я могу с удовлетворением вам сообщить, что она была девственницей. Как раз сейчас мое семя, может быть, дает всходы в ее утробе. Вы сознательно лишили дочь возможности выйти замуж здесь, на Мальорке. Теперь ее не примет даже монастырь.

Как вы посмотрите в лицо друзьям, когда мой ребенок станет заметен в ее животе? Вы последний человек в роду, Конд. И род вашей жены давно угас. Вам некуда послать Констанцу, чтобы скрыть ее позор. Я так и слышу, как над вами хохочут ваши приятели. А если слух дойдет до ушей короля Филиппа, вас могут быстро сместить с губернаторского места.

С другой стороны, если вы примете мое предложение, вам станут завидовать, ведь я — завидная партия. Но решать, конечно, вам.

Франсиско Гидадела сделался из белого пунцовым и опять побелел.

Найл Бурк закончил свою речь, и из горла губернатора вырвался непонятный звук.

— Вы хотите сказать, что принимаете мое предложение? — переспросил его Найл.

Конд лишь слабо кивнул головой, и Найл удовлетворенно улыбнулся:

— Завтра нам предстоит увидеться с епископом и совершить оглашение. Прикажите своему секретарю принести мне утром копию брачного контракта. Полагаю, поскольку Констанца — единственный ребенок в семье, ее приданое будет щедрым. Не то чтобы я слишком заботился об этом, но мой отец обязательно поинтересуется, что принесла с собой моя жена.

Конд послал ему ненавидящий взгляд, и Найл, усмехаясь, вышел из комнаты. Свершилось. Он опять помолвлен и надеется, что на этот раз брак принесет ему детей.

Констанца не Скай и никогда не займет ее места в сердце. Он грустно рассмеялся. Он никогда не любил никого, кроме Скай. Почему же судьба была к ним так жестока и разлучила накануне свадьбы?

— Скай, — он нежно произнес ее имя. — Скай О'Малли, любовь моя. — Всем нутром он прочувствовал эти слова.