Скай О`Малли

Скай была готова вложить деньги в новое предприятие капитана и горела нетерпением отправиться с ним в Лондон.

«Наяду» пришвартовали в бухте у Плимута со стороны Девона. Жан решил отправиться в Лондон со Скай, а Мари осталась в Рен-Корт с детьми. К облегчению госпожи Сесили, Скай посчитала мягкий воздух Девона более подходящим для дочери, чем лондонский климат. Старую даму это наполнило счастьем: Скай стала для нее дочерью, которой Сесили никогда не имела, а Виллоу — внучкой. Ей больно было расстаться с одной, а разлука с двумя разбила бы ей сердце. Скай тоже испытывала горечь расставания.

— Как бы я хотела, чтобы вы поехали со мной, госпожа Сесили! Мне столько предстоит сделать, и ваша помощь была бы бесценной. Бог знает, в каком состоянии дом. Может быть, еще придется его заново меблировать. Обещайте, что, когда я все подготовлю, вы приедете ко мне с Мари и детьми.

— Конечно, приеду, дитя мое. Храни тебя Всевышний. Я смолоду не была в Лондоне, а с тех пор прошло больше тридцати лет! Я мечтаю попасть туда снова и приеду, когда твой дом будет в порядке.

Ясным днем в начале осени они выехали в Лондон.

Нехотя расставаясь с Виллоу, Скай никак не могла оторваться от дочери. Наконец Робби пришлось на нее накричать:

— Ну давай же быстрее! Чем скорее ты окажешься в Лондоне, тем скорее сможет приехать к тебе дочь.

Скай поцеловала ребенка и, вскочив на лошадь, поскакала вперед. Они ехали по холмистой местности, через поля, готовые к сбору урожая, по сочным лугам, где паслись овцы и коровы, мимо пышных садов. Перед ними раскинулась гранитная возвышенность Дартмур-Форест, дыбя округлые холмы. Они переночевали на постоялом дворе «Роза и якорь».

Постоялый двор был пуст, и Робби решил, что можно поесть в трактире. Но как только ужин подали, подъехала группа всадников, и на постоялом дворе все пришло в движение.

— Черт возьми, — пробормотал Робби, — нужно было заказать ужин в отдельной комнате. Это дворяне, и если они разойдутся, нам придется их терпеть.

— Роберт Смолл! Старый морской волк! — вдруг прогудел кто-то, и от группы всадников отделился человек. Глаза Робби просветлели, и он быстро поднялся:

— Милорд де Гренвилл! Как я рад вас видеть! Выпейте с нами вина.

Де Гренвилл подошел к столу:

— Ну и манеры у тебя, Робби, — проворчал он. — Ты даже не представил мне госпожу.

— Прошу прощения, Скай. Позволь тебе представить милорда Ричарда де Гренвилла. Милорд, это сеньора Гойя дель Фуэнтес, вдова моего покойного компаньона из Алжира. Я сопровождаю ее и ее секретаря Жана Мерло в ее дом в Лондоне.

Скай медленно протянула руку, и де Гренвилл ее поцеловал.

— Мадам. Счастлив с вами познакомиться. Как несправедливо, что Робби так невероятно повезло.