Скай О`Малли

— Когда должен родиться ребенок, дорогая?

— Ранней осенью после сбора урожая.

— Ты чувствуешь себя нормально? — заботливо спросил он.

— Иногда по вечерам меня мутит. Особенно от запаха жареного мяса. Но сегодня, слава Богу, все обошлось.

— Тебе как можно скорее нужно ехать в Девон. Месяц твое положение не будет заметно, а потом ты уедешь.

— Лучше выехать через два или три месяца. Признать беременность меньше чем через два месяца после свадьбы, — значит навлечь на себя гнев королевы. Она женщина строгих правил, Джеффри. Кроме того, переезд для меня тогда окажется более безопасным.

Месяц мы можем не появляться при дворе — не лишит же нас королева медового месяца. А когда мы вернемся на королевскую службу, я притворюсь, что падаю в обморок. Тогда все поздравят тебя с намечающимся прибавлением семейства задолго до того, как мы сделаем свое счастливое объявление. Тогда, если ты пожелаешь сопровождать меня в Девон, тебе это разрешат, и никто не будет обижен..

— Я начинаю понимать, — проговорил граф Саутвуд, — почему Халид эль Бей так доверял твоим суждениям. Удивительно обнаружить такой трезвый ум, упрятанный в такой хорошенькой головке.

— Ты мне льстишь, милорд, — сухо ответила она.

— Да, ведьмочка, я тебе льщу! — И, швырнув жену на подушки, целовал ее до тех пор, пока ее счастливый смех не начал долетать до бального зала.

Откинувшись в кресле в кабинете лондонского дома, Найл Бурк смотрел в окно. Сквозь пелену дождя над рекой начинало светлеть небо. В камине весело потрескивали дрова, но в теплой комнате огромному ирландцу было холодно. В руке он сжимал большой бокал, из которого отхлебывал розовое вино со специями. Юго-западный ветер, принесший дождь к свадьбе Скай, ревел за окном.

Новый порыв загрохотал ставнями, и Бурк помрачнел еще больше. Свадьба миссис Гойи дель Фуэнтес и графа Линмутского сразила Найла. Вместе с Констанцей и другими приглашенными он наблюдал, как самая красивая на свете невеста выходит замуж за симпатичного жениха. Это было мучительно. В памяти всплыла озаренная свечами церковь в доме О'Малли и испуганная юная невеста с пустыми глазами и лицом белее, чем платье. Он вспомнил, как распахнул двери и как при виде него невеста упала в обморок.

Как яростно он требовал право первой ночи. А больше всего ему вспоминалось, как сладостно она ему отдалась.

— Скай, — прошептал он, впервые за многие месяцы произнеся это имя вслух. — О, Скай, как я тебя люблю! — Он был сбит с толку, и повинна в этом графиня Линмутская. Это была его Скай, похожая на нее, как близнец. Он горел желанием и стыдился этого. Наверху спала его верная молодая жена — одна в кровати, пока Найл горевал в кабинете, стремясь в душе к другой женщине, мертвой женщине и жене другого человека.