Солдат чужой войны

«Может, прямо сейчас сдать его Кархарду?» – подумал он без всякого энтузиазма, однако решил этого не делать и отправился переодеваться в костюм индивидуальной защиты.

Костюмы выдавались на втором этаже, в небольшом помещении, отделанном холодным кафелем.

– Здравия желаю, сэр, – приветствовал Хоупа сержант, отвечающий за выдачу и возврат средств защиты. – Опять к нам?

– Опять, – сухо ответил капитан.

– Какой размерчик? Двенадцатый?

– Откуда двенадцатый? У меня всегда был восьмой, – возразил Хоуп.

– Восьмой так восьмой, – пожал плечами сержант. – Просто я хотел вам поновее дать… А то восьмые размеры старые уже, все чаще господа офицеры на химические ожоги стали жаловаться… Но раз вы хотите восьмой, – бормотал под нос сержант, копаясь в дезинфекционной камере, – то вот вам восьмой.

С этими словами он положил перед Хоупом защитный комплект.

– А-а… двенадцатые есть? – поинтересовался капитан.

– Есть – как не быть. Для вас всегда припасу который получше.

– Сержант убрал восьмой номер и положил перед Хоупом двенадцатый. W Опять же масочка на нем попросторнее, когда блевать начнете, не захлебнетесь, а то вон приезжий полковник…

– Да с чего ты взял, что я в маску блевать собираюсь?! – закричал Хоуп, разозленный наглостью сержанта. Однако тот лишь понимающе улыбнулся и ответил проникновенным тоном:

– Так ведь никто из господ офицеров блевать не собирается, но раз уж вы идете на закладку катализатора, то всякое может случиться… Вы ведь ни разу ещё на закладке не присутствовали?

– Не присутствовали… – как завороженный повторил Хоуп, прижимая к себе стальной чемоданчик. – То есть не присутствовал…

– Ну ничего, авось пронесет.

Спустя четверть часа капитан Хоуп уже стоял рядом с такими же, как он, переодетыми в пластиковые костюмы офицерами. Их набралось одиннадцать человек и все ожидали выхода Пятьсот десятого и майора Кархарда.

Наконец те появились, также одетые в защитные костюмы, однако их цвет был не грязно-желтым, как у всех остальных, а салатовым, отчего оба старших офицера выглядели как гусеницы.

– Пошли, – глухо скомандовал Пятьсот десятый и двинулся первым, предоставляя остальным следовать за ним.

Идти пришлось долго. На проходных с периметра в периметр то и дело возникали какие-то заминки, и часовые нервно передергивали затворы. Приходилось связываться с начальником караульной смены и ждать, когда он придет для выяснения вопроса, а тем временем вся группа стояла под прицелами сидевших на вышках пулеметчиков.

Наконец эта часть путешествия закончилась, и группы спустилась в долину на медленном фуникулере.