Мой идеальный смерч. Дилогия

Если она успеет, она обязательно скажет, что он хоть и козел, но она от него без ума! Нет, она уговорит его уехать вместе с ним! Она его не бросит, не оставит, потому что если ему и нравится эта странная Ольга, Ника точно знает – Никита Кларский принадлежит ей, а не какой-то другой девушке. Они не зря познакомились, совсем не зря! Их почти одинаково зовут, у них даже фамилии подходят друг другу.

«Никита, подожди, пожалуйста, подожди, не уезжай без меня», – взмолилась про себя Ника.

Она схватила барсетку и понеслась вниз по лестнице, даже не заперев дверь квартиры.

Каждая новая ступенька все больше и больше обнадеживала Нику, словно по ним только что спускался не Ник, а царица царства сбывшихся надежд. Он не должен уехать. Она обязательно успеет.

«Подожди! Я сейчас!». Ника продолжала бежать по ступенькам вниз. Скорость ей придало внезапно наступившее чувство того, что если она сейчас догонит его, то случиться чудо для них обоих! Обязательно!

Ника вылетела из подъезда, и сумасшедший блеск в ее глазах мгновенно погас, как будто кто-то нажал в ее душе на кнопку «выкл.».

Никиты и черно-красного байка во дворе уже не было.

Только где-то в отдалении слышался еще пару секунд звук мчащегося куда-то мотоцикла.

Ника поняла, что не успела. И что чуда никакого не случиться. Скорее всего, он получит поддельные документы и уедет. Далеко. Может быть, даже в другую страну. И она никогда уже не увидит его.

Девушка тяжело опустилась на покосившуюся старенькую лавочку, притаившуюся между двумя тополями и окруженную тополиным пухом, похожим на искусственный снег из кинофильма. Не успела. Вот дура. Укроп уехал и не вернется.

Да и кто она ему, чтобы он вернулся? Вот если бы она была той девчонкой с короткими волосами, Ник бы еще подумал, а так…

В барсетке Ника обнаружила кроме своего портрета, совсем простую зажигалку и автоматическую ручку.

Ника не знала, что с вечера Никита переложил деньги и документы в карман пиджака.

Она, сидя уже на корточках, жгла пух вокруг себя – он мгновенно сгорал – и изредка вытирала покрасневшие глаза. Колье из белого золота жгло ей шею куда сильнее, чем огонь.

А Никита гнал вперед по дороге, сосредоточенно глядя по сторонам.

Попасться в руки правоохранительных органов ему совершенно не улыбалось. Да, парню хотелось остаться – из-за Марта, лежащего в больнице, из-за кучи незавершенных дел, из-за идиотской Ники, в конце концов – кто будет учить ее манерам, если не он? Да и не нужно, чтобы вокруг нее крутились такие типы, как тот кудрявый урод с реки, раздевающий ее глазами. Но нарушить слово, данное брату, Никита не мог.

Впервые в жизни он так волновался об Андрее, да и не только о нем одном.